Читаем Чернильная кровь полностью

— Что вы на меня вытаращились? Вы думаете, Каприкорн мертв? — Она захлебывалась словами. — Ерунда. Да, здесь он погиб — ну и что? Этот мир — лишь шутка, представление, какое устраивают на праздниках комедианты. В нашем, настоящем мире Каприкорн жив. Только поэтому я и отобрала книгу у Огнеглота. Маленькая ведьма сама сказала это в ту ночь, когда вы его убили: пока есть эта книга, он всегда будет жить в ней. Я знаю, она говорила об Огнеглоте, но что верно для него, тем более верно для моего сына! Там все они живы — Каприкорн и Плосконос, Кокерель и Призрак.

Она обвела их торжествующим взглядом, но все молчали. Кроме Мортимера.

— Но это же чушь, Мортола, — сказал он. — И ты это отлично знаешь. Ты ведь сама была в Чернильном мире, когда Каприкорн исчез оттуда вместе с Бастой и Сажеруком.

— Да, он уехал из дому — и что? — В голосе Мортолы появились визгливые ноты. — И долго не возвращался, но это же ничего не значит. Моему сыну постоянно приходилось уезжать по делам. Змееглав иногда присылал к нему гонца посреди ночи, и к утру его уже не было дома. Но теперь он вернулся. И ждет, чтобы я привела его убийц в его крепость в Непроходимой Чаще.

Элинор чувствовала, как в ней подымается безумный хохот, но страх сжимал ей горло. «Сомнений нет! — думала она. — Старая Сорока сошла с ума! К сожалению, она от этого стала только опаснее».

— Орфей! — Мортола нетерпеливым жестом подозвала Луноголового.

Подчеркнуто медленно, словно желая доказать, что он не какой-нибудь Баста, чтобы бросаться бегом по первому ее слову, он подошел к ней, вытаскивая по дороге исписанный листок из внутреннего кармана. Он торжественно развернул его и положил на стеклянную витрину, у которой стояла палка Мортолы. Собака, почесываясь, следила за каждым его движением.

— Это будет не просто, — сказал Орфей, наклоняясь к псу и ласково поглаживая его безобразную голову. — Я еще ни разу не пробовал вчитать сразу столько народу. Может быть, лучше попытаться переправить туда одного за другим по очереди…

— Нет! — гневно перебила его Мортола. — Нет, ты вчитаешь нас всех разом, как мы договорились.

Орфей пожал плечами:

— Ну, как хочешь. Но я уже предупреждал — это риск, потому что…

— Заткнись! Я не желаю об этом слышать. — Мортола впилась костлявыми пальцами в подлокотники кресла. («Я никогда больше не смогу в него сесть, не вспомнив о ней», — подумала Элинор.) — Тебе что, напомнить о тюремной камере, откуда ты вышел только потому, что я за это заплатила? Мне стоит сказать слово — и ты снова окажешься там, без книг и без единого листка бумаги. Поверь, если что-нибудь пойдет не так, я тебе это устрою. Ведь Огнеглота ты отправил туда очень просто, как мне рассказывал Баста.

— Да, но это-то было совсем не трудно. Все равно что положить вещь на место. — Орфей так мечтательно поглядел в окно, словно там, на газоне, Сажерук снова исчезает у него на глазах. Он обернулся к Мортоле и нахмурился. — С ним все по-другому. — Он показал на Мортимера. — Это не его история. Он там ни при чем.

— К его дочке это тоже относится. Стало быть, она читает лучше, чем ты?

— Нет, конечно! — Орфей возмущенно выпрямился. — Лучше меня никто не читает. Разве это не доказано? Ты сама говорила, Сажерук десять лет искал человека, который сумел бы вчитать его обратно.

— Ну да, ну да… Кончай болтовню. — Мортола потянулась за палкой и медленно встала. — Правда, забавно будет, если за нас из истории выскочит такая же разъяренная кошка, как за Сажерука? У Басты рука до сих пор не зажила, а ведь у него был нож, да еще пес за него вступился.

Она бросила злобный взгляд на Элинор и Дариуса.

Элинор шагнула вперед, не обращая внимания на Басту с его прикладом.

— Ты о чем? Я пойду с вами!

Мортола подняла брови с наигранным презрением:

— Да? Кто здесь распоряжается, как ты думаешь? Зачем ты мне? И зачем мне этот бестолковый халтурщик Дариус? Конечно, мой сын и вас с удовольствием скормил бы Призраку, но я не хочу усложнять Орфею задачу. — Палкой она указала на Мортимера. — Мы берем с собой только его. И никого больше.

Реза схватилась за руку Мортимера. Мортола, ухмыляясь, шагнула к ней:

— Да, голубка, тебя я оставляю здесь. — Она ущипнула Резу за щеку. — Больно тебе снова с ним расставаться, да? Только ты наконец получила его обратно — после стольких лет…

Мортола сделала Басте знак, и тот грубо схватил Резу за руку. Она отбивалась, цепляясь за Мортимера с таким отчаянием на лице, что у Элинор разрывалось сердце, на это глядя. Она бросилась было на помощь племяннице, но ей загородил дорогу Верзила. Мортимер ласково отцепил пальцы Резы от своего локтя.

— Ладно, — сказал он. — В конце концов, из всей нашей семьи только я еще не был в Чернильном мире. Я тебе обещаю — без Мегги я оттуда не вернусь.

— Правильно — потому что ты вообще оттуда не вернешься! — насмешливо сказал Баста, с силой толкая Резу к Элинор.