Мегги все еще смотрела на слова Орфея. Они звучали красиво, завораживающе красиво. Мегги захотелось почувствовать их на языке. Еще немного, и она начала бы читать вслух. Вдруг она испуганно зажала себе рот рукой.

Орфей.

Ну конечно, она знает это имя и ту историю, что обвивает его венцом из цветов и терний. Элинор подарила ей книгу, где об этом рассказывалось лучше всего.

Тебя, о Орфей, оплакивают в печали птичьи стаи, и дикие звери, и неподвижный утес, и лес, так часто следовавший за твоей песней. Дерево сбрасывает листья, чтобы, обнажив голову, скорбеть о тебе.

Она вопросительно посмотрела на Фарида.

— Сколько ему лет?

— Орфею? — Фарид пожал плечами. — Лет двадцать — двадцать пять, наверное. Трудно сказать. У него совсем детское лицо.

Лет двадцать. Но слова на листке не были словами молодого человека. Они, похоже, многое знали.

— Пожалуйста! — Фарид так и не сводил с нее глаз. — Ты ведь попробуешь, да?

Мегги посмотрела в окно. Она вспомнила о пустых гнездах фей, об исчезнувших стеклянных человечках и о том, что ей когда-то давно сказал Сажерук:

Иногда рано поутру выйдешь умыться к колодцу, а над водой жужжат крошечные феи, чуть больше ваших стрекоз, синие, как лепестки фиалок. Они не больно-то приветливые, но по ночам мерцают, как светлячки.

— Хорошо, — сказала она.

Фариду показалось, что сейчас ему отвечает не Мегги, а кто-то другой.

— Хорошо, я попробую. Но сперва у тебя должны зажить ноги. В том мире, о котором рассказывала мне мама, хромому делать нечего.

— Ерунда, все с моими ногами в порядке! — Фарид ходил взад-вперед по мягкому ковру, словно желая наглядно доказать это. — Попробуй прямо сейчас!

Мегги покачала головой.

— Нет! — решительно заявила она. — Я должна научиться хорошенько это читать. Почерк не простой, да еще листок весь в пятнах, так что мне, наверное, придется его переписать. Этот Орфей не солгал. Здесь действительно кое-что о тебе написано, но не знаю, достаточно ли. И потом… — прибавила она как можно небрежнее, — если уж я попытаюсь, я хочу пойти с тобой.

— Что?

— Ну да! А что такого? — Голос Мегги выдавал, несмотря на все ее старания, как обидел ее ужас в глазах Фарида.

Фарид промолчал.

Неужели он не понимает, что ей тоже хочется увидеть все это — то, о чем рассказывали ей с такой тоской Сажерук и мать: рои фей над полями, деревья, такие высокие, что облака, казалось, могут запутаться в их ветвях, Непроходимую Чащу, комедиантов, замок Жирного Герцога и серебряные башни Дворца Ночи, рынок в Омбре, танцующий огонь, шепчущие озера, откуда выглядывают личики русалок…

Нет, Фарид этого не понимал. Он, наверное, никогда не испытывал тоски по другому миру, как и тоски по дому, терзавшей сердце Сажерука. Фарид хотел только одного: попасть к Сажеруку, чтобы предупредить его об опасности и снова быть с ним рядом. Он был тенью Сажерука и только эту роль и хотел играть, все равно в какой истории.

— Брось! Тебе туда нельзя! — Не глядя на Мегги, он поковылял обратно к стулу, сел и принялся отковыривать пластырь, который так старательно наклеивала Реза. — Никто не может вчитать в книгу самого себя! Даже Орфей! Он сам рассказывал Сажеруку, что уже пытался несколько раз, но ничего не получается.

— Вот как? — Мегги старалась говорить самоуверенным тоном. — Но ты же сам сказал, что я читаю лучше, чем он. Может быть, у меня все же получится!

«Хотя писать, как он, я не умею», — добавила она про себя.

Фарид обеспокоенно посмотрел на нее и сунул пластырь в карман.

— Там опасно, — сказал он. — Особенно для де…

Он не договорил и снова уставился на свои израненные ноги.

Дурак. Мегги почувствовала на языке горький привкус ярости. Что он о себе воображает? Она, между прочим, намного больше знает о мире, куда он просится.

— Я знаю, что там опасно, — сказала она сухо. — И либо я отправлюсь туда, либо не стану читать. Подумай об этом. А теперь иди — мне надо сосредоточиться.

Фарид еще раз взглянул на листок со словами Орфея и направился к двери.

— Когда ты попробуешь? — спросил он на пороге. — Завтра?

— Может быть.

Она закрыла за ним дверь и осталась наедине с написанными Орфеем словами.

6

ПРИВАЛ КОМЕДИАНТОВ