Читаем Чернильная кровь полностью

Что мать, что дочь. У обеих всегда найдется, чем и на чем писать.

— Ты ее отпустишь? — Фарид недоуменно взглянул на Сажерука.

— Да!

Мегги в ожидании молчала.

— Пиши: завтра поперек дороги, по которой они пойдут, будет лежать упавшее дерево. Когда оно загорится, все, у кого есть силы, пусть бегут налево в лес. Налево, это важно! Пиши: мы будем их ждать и отведем в укрытие. Написала?

Мегги кивнула. Карандаш в ее пальцах летел по бумаге. Остается надеяться, что Реза сумеет прочесть крошечные буквы в темноте конюшни — ведь его нет рядом, чтобы посветить ей.

— Ты придумала, что сказать страже? — спросил Сажерук.

Мегги кивнула. В эту минуту она снова казалась маленькой девочкой, какой была чуть больше года назад, и Сажерук спросил себя, не ошибка ли это — отпускать ее. Но не успел он сказать и слова, как она уже исчезла. Мегги быстро перебежала через двор и скрылась в главном доме. Потом появилась снова, с кувшином в руке.

— Пожалуйста, пропустите! Меня послала кикимора, — звонким голосом сказала она страже, — отнести молока детям.

— Ты только посмотри на Мегги. Она хитрая, как шакал! — прошептал Фарид, когда стража расступилась. — И храбрая, как львица!

В его голосе звучало такое восхищение, что Сажерук невольно улыбнулся. Мальчик по-настоящему влюблен.

— Да, она, может быть, умнее нас обоих, — шепнул он Фариду. — А уж храбрее точно, по крайней мере, чем я.

Фарид молча кивнул. Он не сводил глаз с открытой двери конюшни и с облегчением улыбнулся, когда Мегги вышла обратно.

— Ну что, видел? — шепнула она ему, снова оказавшись рядом. — Это было совсем не трудно.

— Отлично! — сказал Сажерук, знаком подзывая Фарида. — А теперь держи кулаки за то, чтобы и у нас все прошло так же легко. Ну что, Фарид? Не хочешь поиграть немного с огнем?

Мальчик справился со своей задачей не менее отважно, чем Мегги. Он принялся с самозабвенным видом жонглировать огнем на глазах у стражников, охранявших Принца. Огонь плясал в его руках так весело и непринужденно, словно Фарид показывал свое искусство на мирной ярмарке, а не перед трактиром, где сидят Огненный Лис и Свистун. Стражники толкали друг друга локтями и смеялись, радуясь развлечению в бессонную ночь. «Похоже, только у меня тут сердце заходится от страха», — думал Сажерук, пробираясь между вонючей требухой и гниющими овощами. Видимо, повара толстяка-хозяина вываливали все, чего не могли скормить посетителям, прямо за дом. Несколько крыс метнулось у него из-под ног, а за кустом горели голодные глаза кобольда.

Принца привязали у горы костей, а его медведя — на таком расстоянии, чтобы он не мог до костей дотянуться. Зверь сидел, привязанный на цепь, грустно сопел закованной пастью и время от времени издавал глухой тоскливый вой.

Стражники вкопали в землю рядом с ними факел, но огонь сразу погас, заслышав тихий голос Сажерука. От него осталось лишь легкое мерцание — и Черный Принц поднял голову. Он сразу понял, кто крадется к нему в темноте, раз огонь так внезапно решил вздремнуть. Еще два-три быстрых, беззвучных шага — и Сажерук притаился за мохнатой спиной медведя.

— Молодец мальчишка! — прошептал Черный Принц, не оборачиваясь.

Чтобы разрезать его путы, хватило острого ножа.

— Да, Фарид правда молодец. И ничего не боится, в отличие от меня.

Сажерук осмотрел замки на цепях медведя. Ржавые, но открыть можно.

— Не хочешь прогуляться в лес? Но твой медведь должен двигаться тихо, как сова. Как он, сумеет?

Сажерук пригнулся, заметив, что один из стражников оборачивается, но тот, видимо, просто заслышал служанку, вынесшую из кухни ведро помоев. Она с любопытством посмотрела на связанного Принца и снова скрылась в доме, унося с собой веселый шум, прорвавшийся в открытую дверь.

— А что с остальными? — спросил Черный Принц.

— Четверо стражников перед конюшней, еще четверо, которых Огненный Лис приставил отдельно к Волшебному Языку, и не меньше десятка охраны на всех остальных пленных. Нам вряд ли удастся отвлечь их всех, тем более на такое время, чтобы доставить в безопасное место раненых и калек.

— Волшебный Язык?

— Да. Человек, за которым они к вам пришли. А ты как его называешь?

Замок открылся. Медведь заворчал. Возможно, ему не нравился Пролаза. Пусть вторая цепь остается пока у него на морде, а то он, пожалуй, сожрет куницу. Сажерук начал перерезать веревки, которыми был связан Черный Принц. Нужно торопиться, они должны исчезнуть раньше, чем у Фарида устанут руки. Вот и второй замок щелкнул. Еще раз быстро взглянуть на мальчика… «Клянусь эльфийским огнем! — подумал Сажерук. — Он уже подкидывает факелы почти так же высоко, как я!»