Читаем Чёрная сиротка полностью

– Вы пришли… – это всё, что у меня выходит сказать.

Коши едва смотрит на меня, снимает простыню с кровати и накрывает мои плечи. Он решительно поднимает меня с пола.

– Он сделал тебе больно? – спрашивает покровитель.

Я киваю.

– Сейчас мы не можем наказать Зейна, но когда ситуация в сферах уляжется, я дам тебе возможность самой порешить его подобающим образом, – он словно говорит и улыбается.

Я разглядываю его беспокойные зеницы и тонкую линию под носом. Улыбки нет.

– Мне срочно нужно вымыться, – полушёпотом выговариваю я.

Покровитель исчезает, мигом возвращается и протягивает мне лёгкий шелестящий плащ серого цвета. Он отворачивается. Я в одночасье накидываю верхнюю одежду и завязываю пояс.

Я прихватываю полотенце, лавандовое мыло и зелёную мочалку. Аналогичный бытовой набор есть в каждой незаселённой комнате, сказал мне только что Коши. Также там есть зубная щётка, дешёвая паста, пара женского и мужского нижнего белья, расчёска для волос и одноразовая бритва.

– Закупают на Земле. Посыльные распределяют.

Мы перемещаемся в душ. Я провожу в нём около часа. Моя кожа покраснела от жёстких натираний, на животе и ягодицах появились царапины. Меня как будто атаковали маленькие волчата.

Я надеваю чёрно-красный сарафан, который Грэм оставил на вешалке: он великоват на талии и маловат в груди. Я не заморачиваюсь с сапогами на замысловатых застёжках и оставляю не застёгнутыми.

– Я быстро! – заявляю взбодрившись. – Сколько приблизительно времени?

– Вторая половина ночи.

Три или четыре часа.

Мы переносимся, Грэм велит доспать у него, сам ненадолго пропадает. Я обрабатываю мазью все раны и синяки, наклеиваю пластыри.

Постельное бельё шёлковое, матрац мягкий, как батут. Подушки крохотные, чуть больше моей головы, они пахнут мокрой хвоей, отдалённо лаймом.

Грэм бесшумно заходит в комнату. Я резко закрываю глаза. Тяжёлые шаги раздаются над ухом, затем едва слышное шуршание картона и снова шаги. Я смотрю на удаляющуюся спину. Грэм садится в кресло, открывает книгу и с задумчивым видом погружается в чтение. Учитель уверен, что я уснула, но мне интересно наблюдать за ним, испытывающим себя в одиночестве: бывает, он хмурит брови, сопит носом, постукивает пальцем по подбородку, редко – переворачивает прочитанные страницы, прищуриваясь с непонимающим взглядом.

В один миг я смыкаю веки и углубляюсь в очередное глупое сновидение с летающими свечками.

Утром обнаруживаю на тумбе завтрак: горячий суп с чёрной фасолью, мексиканская булочка, две сырные маффины и стакан мятного чая.

В комнате никого нет. Как по зову, меня навещает Вермандо. Его ломкие кудрявые волосы собраны в слабый хвост у затылка, на макушке пара прядей смутно поседела.

– Приветствую, Милдред.

– Приветствую.

Этот урок я выучила, когда мы с Грэмом встретили его личного посыльного, и я сказала ему: «Доброе утро».

– Как ты себя чувствуешь? Можешь позавтракать, я задам тебе вопросы.

– Спасибо, но не стоило так заморачиваться.

– Какие заморочки? – он хмыкает. – Ешь.

Я переставляю поднос себе на ноги. Вермандо садится на край кровати, складывает руки на коленях.

– Зейн поплатится за свой поступок.

Я чуть ли не давлюсь пищей и отвечаю:

– Грэм обещал, что я накажу его.

– Станешь ты сокрушающим покровителем или посыльным – неизвестно.

– Известно. Мои навыки улучшились.

– За два дня? Впечатляюще, – он хмурит глаза, и переводит тему. – Вкусно, не так ли?

– Это так.

– Уж больно я падок на вкусности. – Вермандо смотрит, как я глотаю ложку супа. – Но предпочитаю отвергать людское.

– Вы верны собственным принципам или кто-то внушил вам это?

– Мне не так уж и просто что-то внушить.

– Вы живёте в сфере, чтобы защитить планету и людей. Они всегда будут с вами связаны.

– В этом ты права.

– Кем вы приходитесь Грэму? Я не первый раз вижу вас вместе.

–Я полностью заменил ему семью, а потом учил сокрушать, – он говорит без гордости, а с крупицей отчаяния в голосе.

– Вы единственный, кто у него есть, – проговариваю я.

– М-м-м, да.

В сердце вонзается тонкая иголка. Айк был моим близким человеком. Вермандо ходит за Грэмом как отец, Айк ходил за мной как брат. Оба не являются для нас родными, но ощущаются такими родственными.

Я доедаю всё до последней крошки, не оставляя совсем ничего.

– Пока вы в отставке, вам случайно не был отдан приказ сторожить ворота и принимать людей? – интересуюсь я.

– О, нет. Найджел Гальтон сообщил мне, что прибыла девушка, а Грэм как раз хотел взять себе ученика.

Вермандо сообщает, что Грэм ждёт совместной тренировки, если у меня есть силы. Я не потеряю возможность выпустить пар, напрячь мышцы, разбить кулаки, заработать мозоли на ладошках.

Я натягиваю лосины с поясом, поверх красной футболку накидываю жилет из акульей кожи. Полная безвкусица.

Грэм не удивляется моему приходу. Он, как никто другой, знает – лучшим средством успокоить душу есть и будет драка.

– Начнём?

– Вы не представляете, как мне хочется вспотеть.

Мы штудируем ещё десять способов нападения с мечом и прогоняем их в геометрической прогрессии. Под вечер я невероятно устаю и падаю на пол, полностью пропитав одежду потом.