Читаем Черная роза полностью

— Смоется! — уверенно сказала донельзя довольная Доминик, одеваясь в принесенную нянькой одежду, опоясываясь мечом и туго завязывая на груди шнурки колета, пытаясь скрыть полную грудь. — А теперь как следует собери мои волосы. Пришпиль их заколками. Скрути сзади в тугой узел… И убери под берет!

Девушка вновь взглянула на себя в зеркало. Нет, Доминик де Руссильон тут больше не было! Из зеркала на нее смотрел мальчик лет шестнадцати, очень загорелый и стройный.

И все же ей хотелось нанести еще какой-нибудь, заключительный штрих. Она взяла в руки уголек и нарисовала себе над верхней губой тоненькие черные усики… Чудо! Никто не узнает ее, ни один человек! Пусть только Рауль откажется взять ее теперь с собой!

Доминик вышла к конюшне и велела Филиппу, который узнал ее не сразу и смотрел на нее с изумлением, оседлать ей какую-нибудь лошадь. Прыгнув в седло, девушка поскакала ко дворцу Рауля.

Дом повезло, — герцог как раз выходил из ворот, чтобы сесть на своего жеребца, которого держал рослый конюший. «Вот сейчас я и проверю на тебе свой маскарад, мой любимый!» — радостно подумала Дом. Она откашлялась, стараясь сделать голос ниже и, осадив свою лошадь около Рауля, спросила его с окситанским акцентом:

— Не это ли дворец герцога де Ноайля, господин?

Рауль оглянулся и, смерив мальчишку равнодушно-недовольным взглядом, ничего не ответил, вставляя ногу в стремя. А конюший грубо сказал:

— Чего тебе надо? Проваливай отсюда!

Но Доминик настаивала:

— Мне нужен герцог де Ноайль. У меня к нему письмо из Прованса.

— Какое еще письмо? — спросил, наконец, Рауль. — Дай его сюда! — И он, вскочив на жеребца, подъехал вплотную к Доминик, пытливо вглядываясь в ее лицо. — Ты кто такой? Из моего замка? Что-то я тебя не припомню…

Тут Дом не выдержала — и расхохоталась, и уже своим, звонким голосом, воскликнула:

— Ну?! Как я вас разыграла!

Рауль смотрел на нее, раскрыв от изумления рот.

— Доминик?… Это вы?

— Я, Рауль! Неужели вы меня не узнали?

— Черт меня побери! Никогда бы не поверил. Ваша кожа… Что вы с ней сделали?.. И эти усики!

Она весело смеялась.

— Рауль! Если вы, мой жених, меня не узнали, — не узнает никто! Возьмите меня с собой, прошу вас! Или я поеду туда одна!

Он вздохнул и покорно развел руками.

— Любовь моя… Как вы все же безрассудны! Ну хорошо. Я возьму вас с собой. Итак, — вы — мой паж. Как вас зовут?

— Шарль… де Гриссак, например. Ваш очень дальний родственник из Прованса.

Рауль лукаво улыбнулся.

— Дальний родственник… Скоро вы будете для меня самой близкой родственницей, любовь моя! Моей женой!

…В рыцарском зале, принадлежавшем итальянцу по фамилии Орсини, — в то время лучшими мастерами клинка считались именно итальянцы, — было оживленно, несмотря на довольно ранний час. Скоро намечался очередной большой турнир, и рыцари упражнялись в боевых искусствах, готовясь к нему.

В большом зале, имевшем не менее двухсот шагов в длину, сражалось друг с другом двенадцать пар, и еще около двадцати мужчин стояли вдоль стен, наблюдая за поединками, делая ставки на победителя и болтая между собой. Некоторые противники дрались в полном боевом вооружении, латах и шлемах с опущенным забралом; некоторые — обнаженные до пояса, мокрые от пота. Одни бились на мечах, другие — на палицах, третьи — на боевых топорах. Все оружие было или затуплено, или на острие надевались специальные металлические набалдашники, типа шаров, чтобы соперники не нанесли друг другу в пылу схватки тяжелых ран или увечий.

Доминик, едва войдя в этот зал, почувствовала тот же азарт, который охватывал ее и на охоте. Глаза ее возбужденно загорелись. О, как ей хотелось тоже принять участие в какой-нибудь схватке! Сегодня она почему-то была как никогда настроена на победу, — наверное, потому, что рядом был ее любимый Рауль. С ним она ничего и никого не боялась!

К Раулю тут же подошел владелец зала, черноглазый итальянец; он низко поклонился герцогу де Ноайлю и спросил его, не угодно ли монсеньору что-нибудь, и намерен ли монсеньор драться. Может быть, помочь герцогу выбрать достойного его противника?

— Нет, Орсини. Я выберу сам; ступайте. — Высокомерно отвечал Рауль. Он кивнул мужчинам, стоящим вдоль стен; несколько его приятелей подошли к нему и поприветствовали, и Рауль представил им своего пажа. Дом молча раскланялась с мужчинами; судя по выражениям их лиц, они ничего не заподозрили.

— Ступайте за мной, Шарль, — бросил ей герцог и двинулся вглубь зала, рассматривая дерущихся. Доминик последовала за ним.

— Одни и те же, одни и те же… — презрительно кривя губы, говорил Рауль. — Хоть бы одно новое лицо. Не с кем драться!.. А вы что скажете, мой милый Шарль? Подберите мне соперника по вашему вкусу, прошу вас!

Он оглянулся и улыбнулся ей.

Дом ответила ему улыбкой и начала всматриваться в тех, кто сражался. Внимание ее привлек мужчина просто гигантского роста, орудующий мечом с такой легкостью, словно в руках его была тростинка. Он дрался в самом дальнем углу зала и, пока они с Раулем дошли до него, уже успел легко справиться с двумя противниками.

— Вон тот великан, Рауль, — шепнула девушка.

Он усмехнулся: