Читаем Черная роза полностью

Мариам поднялась, желая поблагодарить и Уолтера. Он повернулся и, отойдя в другой конец палатки, стал с интересом рассматривать бронзовую арабскую лампу. Он опять почувствовал себя чужим. Это чувство было знакомо ему с детства, и теперь оно снова вернулось. Уолтер думал, что девушка всегда будет сравнивать его отношение с поведением Триса и что он перед ней предстал слишком осторожным и равнодушным. Уолтер попытался оправдаться перед собой: ведь кто-то должен думать о практических вещах.

Мариам робко последовала за ним и проговорила:

— Уолтер, я хочу тебя поблагодарить.

— Тебе следует за это благодарить моего друга, а не меня.

— Нет, нет! — воскликнула девушка. — И тебя тоже. Я от всей души тебе благодарна.

— Так, ну, значит, все решено, — громко сказал Тристрам.

Мариам начала вытирать глаза.

— Теперь мне нужно приниматься за работу, — сказала она. — Мой суровый начальник скоро вернется и захочет узнать, почему не горит огонь и не почищены котелки. — Девушка улыбнулась. — Добрые хозяева, я постараюсь быть для вас хорошим слугой.

Махмуд, вернувшись, застал Мариам за работой и подозрительно взглянул на нее:

— Второй мальчишка останется? Массер, ты обещал, второй мальчишка уйдет. А потом я его увидел за занавеской.

— Махмуд, второй мальчишка останется. Махмуд мрачно усмехнулся:

— Махмуд будет много его загружать работой. Второй мальчишка будет много делать. — Он повернулся к Мариам: — Тафа, быстро бери тряпку, нужно чистить котелок!

Чтобы отвлечь слугу, Уолтер принялся хвалить палатку. У Махмуда глаза засверкали от гордости. Он снова начал хвастаться новой юртой. Он сказал, что в ней будет всегда тепло, потому что наверху нет отверстия, через которое может входить холодный воздух. Уолтер внимательно изучал конструкцию из моржовых шкур, которые можно было отстегивать, когда людям в юрте требовался свежий воздух. Шкуры не затемняли свет, потому что их так хорошо выскребли, что они стали почти прозрачными.

Уолтер все еще продолжал изучать устройство юрты, когда охранник открыл внешний занавес и презрительно доложил:

— К христианским псам пришел толстый купец.

Это был Антемус. Он вошел внутрь, закутанный до ушей в накидку из мохнатой лошадиной шкуры. Лицо покраснело от холода. За ним следовала скромная маленькая девушка, неся в обеих руках какие-то коробки. Она жутко замерзла, но была такой хорошенькой. Купец мрачно кивнул и уселся рядом с Тристрамом, вытеснив того с подстилки толстым задом. Девушка пристроилась рядом с хозяином и начала открывать ящички, где лежали различные лакомства.

— Я с вами не поеду, — печально заявил Антемус. Его самолюбие пострадало так сильно, что на некоторое время он погрузился в мрачное молчание. — Я ничего не могу сделать, чтобы этот упрямый монгол изменил свое решение. Но вы можете быть уверены, что я предпринял кое-какие меры. Я могу добиться своего с помощью агентов, которые могут влиять на Сына Неба. Я вполне обойдусь без этого наглого Баяна и жалею лишь о том, что сделал ему раньше слишком много подарков. Надеюсь, что придет день, когда Сын Неба выжжет все его сто глаз! — Он, прищурившись, взглянул на Уолтера. — Мне нужно, чтобы вы доставили мои письма. Одно из них китайскому купцу в Ханбалык. Вам придется подчиняться его приказаниям и выполнять все его поручения. Вам все ясно?

— Абсолютно.

Антемус откинул полу одежды и стал шарить за пазухой замерзшими пальцами. Потом он достал письмо на куске ткани, перевязанное нитками.

— Это письмо Кунг Лаингу, живущему в предместье Хан-балыка. Его прозвище Тигр, Который Тихо Мурлычет. Надеюсь, мне не надо предупреждать молодого петушка из Англии, что с ним лучше не шутить и никогда ему не возражать. — Антемус вытащил второе письмо. — Если вы окажетесь в Кинсае [9] , главном городе императора Сун, то доставите письмо очень богатому купцу по имени Сун Юнг. Его часто называют «Огонь из Черных Облаков». Вы также должны повиноваться и его приказам. — Антемус гордо добавил: — Не переоценивайте богатство этих восточных купцов. Я могу купить и перепродать любого из них.

Уолтер взял оба письма и спрятал их под одеждой.

— Я четко выполняю ваши инструкции, — сказал он. — Я надеюсь добраться до Кинсая и приложу к этому все усилия.

Антемус достал из коробки сласти и принялся громко жевать.

— Вам известно, что одна из девушек, которых я посылаю ко двору императора, вчера удрала?

— Я слышал, что это ваша сестра. Антемус задумался.

— Вы рады, что она удрала. Я слышу радость в вашем голосе, но припомню вам это, когда придет время расплачиваться за все. Я Смогу сэкономить на этом много денег и даже начинаю радоваться вместе с вами.

Уолтер промолчал. Продолжая поглощать сладости, купец посмотрел на Тристрама.

— Я слышал, что этот бык дал монголам урок в стрельбе из лука. — Антемус визгливо засмеялся. — Это приятная весть. Но запомните, что они никогда не забывают обиду или оскорбление. Следите за тем, чтобы больше их не злить. Я должен быть уверен, что вы доставите мои письма.

— Мы уже решили вести себя как можно тише и осторожнее.