Читаем Черная бездна полностью

К рассвету большая часть пути осталась позади. А впереди все выше над горизонтом поднимался скалистый мыс, с полосками пляжей и белоснежными постройками. К утру же стал вырисовываться еще один минус – меня здорово мучила жажда. Вечером я влил в себя три или четыре алкогольных коктейля, к тому же всю ночь нагружал мышцы работой. А сейчас приходится пожинать плоды – с каждой минутой организм все настойчивее требует обыкновенной пресной водички. Боже, сколько раз в эти утренние часы я вспоминал о минералке, оставленной на столике каюты!

Я мысленно подсчитываю оставшееся время до финиша марафонского заплыва, когда на поверхности моря стали появляться маломерные суда.

– Рыбаки, – шепчу радостно я, – а что, если…

В голове зарождается неплохая мысль, воплощение которой позволит изрядно сократить время купания.

И, выбрав ближайшую цель, прибавляю скорость…

– Э-эй! – кричу я, завидев на корме катера фигуру человека.

Бесполезно – свежий ветерок рассеивает над волнами мой возглас.

Машу руками и зову вторично. Мужчина распрямляется, крутит головой, но меня не видит.

– Ладно, лишь бы ты не поменял место лова…

Сократив дистанцию, повторяю попытку привлечь внимание.

На этот раз получается: пожилой мужчина замечает меня, бросает дела, подходит к борту и что-то спрашивает по-итальянски. Сути вопроса я, конечно, не понимаю, но отчетливо слышу встревоженную интонацию.

Подплываю ближе, и итальянец помогает забраться на палубу.

Упав на скамейку, привожу в порядок дыхание и благодарю:

– Спасибо, батя. За мной не зарастет.

Осматриваюсь. Я на борту катера с двумя подвесными моторами на корме, небольшой рубкой и крохотной носовой каютой. Суденышко приспособлено под морскую рыбалку, отчего насквозь провоняло рыбой.

Отдышавшись, изъясняюсь с помощью жестов и общеизвестных терминов. Через минуту в глазах рыбака вспыхивает озарение.

– «Costa»? – вопрошает он и машет на юг: – «Costa Fortuna»?!

– Она самая. Фортуна, показавшая свой здоровенный зад.

Итальянец перехватывает мой взгляд, коим я пожираю бутылку с водой, закрепленную в специальном кронштейне возле капитанского кресла, подает ее, и я жадно припадаю к горлышку…

Вдоволь напившись, сижу на узкой лавочке, устроенной вдоль левого борта, и рассматриваю катерок.

Такелаж и рыболовные снасти бедненькие. Мужик тоже одет не ахти: старая панама с мятыми полями, выцветшая футболка, местами превратившаяся в марлю, заляпанные рыбной чешуей шорты, а на ногах вообще рваные сандалии. Видать, рыбный промысел – основная профессия дядьки и способ выжить для его семьи.

Он в явном замешательстве и не знает, что со мной делать. Я намереваюсь попросить подбросить до берега, но внезапно в голову приходит смелая идея.

Проверяю свои карманы. В них пластиковая карточка – современный магнитный ключ от каюты, мокрые бумажные купюры, взятые в бар, чтобы расплатиться за ужин с выпивкой. Всего при мне оказывается двести сорок евро, не считая нескольких монет. Маловато, но чем черт не шутит?

– Послушай, дядя, или как там тебя… Синьор! Будь добр, подбрось до Мальты, – и сую в его натруженную ладонь всю наличность.

Мужик ошарашенно глядит на меня и переспрашивает:

– Мальта?

– Си! Остров Мальта! Валетта!

Почесав за ухом, он исчезает в рубке и возвращается с картой. Развернув на коленке, показывает точку, где мы находимся, затем ведет пальцем через Мессинский пролив, огибает Сицилию и останавливается у маленького острова под названием Мальта. При этом он качает головой и что-то говорит. Смысл доходит и без знания итальянского языка.

– Да, не близко, – соглашаюсь с хозяином катера. – Миль сто семьдесят. Но я заплачу тебе еще тысячу евро. Понимаешь? Тысячу сверху! Там – в Валетте.

Нет, этого он не понимает.

Тогда беру карандаш, рисую на полях карты общую сумму и объясняю, что расплачусь, как только нагоню лайнер и попаду в свою каюту. При этом демонстрирую магнитный ключ «от квартиры, где деньги лежат» и клянусь всеми православными и католическими святыми, что не обману.

Мужчина разводит руками, показывая всем видом, что вышел в море на рыбалку неподалеку от родного берега и не рассчитывал на путешествие, которое я предлагаю.

Внезапно замечаю его взгляд: прищурившись, он разглядывает часы на моей руке.

Да, часы у меня знатные, можно сказать, гимн швейцарского мастерства – настоящий «Oris», выпущенный ограниченной серией для профессионалов дайвинга. Корпус из титана и вольфрама, каучуковый браслет, водонепроницаемость до тысячи метров и приличная стоимость в четыре тысячи евро.

Вещица ценная, да делать нечего. Коль рыбаку они приглянулись – я готов с ними расстаться.

– Держи, – расстегиваю браслет.

Итальянец для порядка отказывается, потом принимает подарок, с довольным видом цепляет его на руку и лезет запускать моторы.

Через минуту, набирая скорость, наш катерок разворачивается на юго-запад…