Читаем Черная акула полностью

Вертолеты подошли со стороны Северной военной группы. Два «Ми-8МТ» сделали большой круг над деревней и зависли в зоне прямой видимости чеченской позиции, не проявлявшей в данный момент огневой активности. Повисев несколько секунд будто в нерешительности, ведущая «вертушка» разразилась коротким воплем носового пулемета. Скальная поверхность, перепаханная стальными болванками крупнокалиберных пуль, мгновенно ощетинилась трассами ответного огня. Вертолеты оттянулись немного назад и влепили по боевикам всеми видами бортового вооружения. Столбы огня и тучи взорванного камня совершенно скрыли лихорадочную деятельность выше по склону горы, сразу за селением. Несколько затянутых в камуфляж боевиков умело складывали пятнистую маскировочную сеть.

Приборная панель полыхнула красным. И тут же заговорила «Наташа» – система голосового оповещения:

– Снизу активная радиолокация…

– Лешка, да это же!..

– Вижу! – Семенов рывком перебросил тумблер КВ-связи. – Соседи, у вас под брюхом зенитный комплекс!!! Голос капитана ворвался в какофонию эфира. Там, внизу, электроника тоже успела отреагировать. Люди не успели. Два маломощных управляемых снаряда передвижного ракетного комплекса взмыли в серое зимнее небо. Поднявшись на высоту около десяти метров, ракеты резко изменили направление полета. Траектории их движения отчетливо прослеживались из-за беловатых дымных шлейфов отработанного газа, выбрасываемого раскаленными соплами. Ракеты пронеслись над плоскими крышами домов, сложенных из розового туфа, и сошлись на передовом «Ми-8». Шесть килограммов тринитротолуола, заключенных в оболочку из высоколегированной стали, повинуясь головкам теплового самонаведения, миновали бронестекло стрекозиного глаза кокпита и, поднырнув под сверкающий круг несущего винта, почти одновременно поразили сердце вертолета – блок двигателей.

– Петро, поднимайся до шести тысяч! И смотри в оба! – Семенов быстро направил самолет в облака.

– Понял, капитан, понял…

Вертолет провалился вниз на пару метров, потом резко взмыл вверх и начал заваливаться на правую сторону. И тут же взорвались баки. Машина мгновенно превратилась в ослепительно белый огненный шар. Пламя подернулось черными змеями копоти, с диким визгом оторвалась и выстрелила в сторону автотрассы длинная искореженная лопасть винта. Раздался еще один взрыв, и исковерканные останки вертолета тяжело рухнули на присыпанные снегом камни.

«МиГ» вывалился из облаков и продолжал снижаться с правым скольжением. Алексей поднял светозащитное стекло шлема и быстро огляделся. Подбитый вертолет рухнул метрах в двухстах от дороги, где и чадил сейчас колесной резиной. Второй «Ми-8», включив систему рассеивания горячих газов, на крейсерской скорости уходил на восток. Шум по КВ стоял неимоверный. Что-то орал экипаж уцелевшего вертолета, перемежая бессвязные вопли вполне отчетливым матом, РП – руководитель полетов – ревел приказы с башни в Ключах, кричали друг на друга летчики в штурмовиках.

– Мать его… заходим на цель! «Сухари» широко развернулись и, «облизывая» землю, непрерывно отстреливая имитаторы целей, двинулись на ракетную позицию. В ту же секунду чеченская установка выплюнула еще две ракеты. Головной «Су-27» шарахнулся влево, пропустив ракеты мимо себя. Попав в обжигающую струю раскаленного газа, заряды сработали, не нанеся штурмовикам никакого ущерба. «Сухарь» лихорадочно выровнялся и нанес удар. Две неуправляемые ракеты «С-29», сорвавшиеся с подкрыльных держателей, не дойдя до цели, взорвались посреди деревни. Результат был страшен. Два заряда, каждый в четыреста килограммов тротила, в клочья разметали более десятка домов. Огненный вал прокатился по узким улочкам, срывая крыши дьявольскими вальсирующими протуберанцами. Розоватые каменные стены, превратившиеся в осколки титанической гранаты, как метлой вымели не меньше половины жителей деревни. Ведомый штурмовик успел сориентироваться и, свечой взмыв в небо, перевалил через стену огня. Семенов бессильно зарычал, увидев, что «сухари» заходят на второй круг. Щелчком активировав нашлемную систему наведения, он до отказа оттолкнул ручку управления, бросая «двадцать девятый» в почти отвесное пикирование.

– Пуск зенитных ракет! – «Наташа» была, как всегда, любезна и предупредительна.

– Вижу! Самолет тряхнуло, с хвоста сорвались ложные тепловые цели-ловушки. Ракеты пронеслись мимо, едва не задев алюминиево-литиевую обшивку фюзеляжа. Алексей поймал в прицел зенитный комплекс, взял штурвал немного на себя и нажал на гашетку. Он еще успел разглядеть, как зенитный комплекс превращается в миниатюрное подобие адского котла, а затем резко потянул штурвал на себя, выравнивая самолет. Восьмикратная тяжесть обрушилась на него огромным резиновым молотом, вдавливая тело в кресло, расплющивая, заставляя мышцы судорожно напрягаться, выжимая из легких последние капли воздуха.