Даже усилие, которое ему потребовалось, чтобы поднять оружие и направить на паука, было почти чрезмерным. У него перед глазами все кружилось. Френч ударился о стену и бессильно уронил гарпун, отчаянно стараясь не потерять сознание. Пелена перед глазами из кроваво-красной теперь превратилась в черную. Казалось, невидимая лапа схватила его сердце и начала медленно сжимать. Он попытался вздохнуть, но у него ничего не получилось. Френч терял последние силы и, несомненно, должен был скоро погибнуть, но не от гравитационной болезни. Гравитация не убьет его, так как для этого просто не осталось времени. Он задыхался. Его запас воздуха полностью израсходовался. Френч упал на колени и, уже теряя сознание, заметил, как паук, которого он считал мертвым, вдруг шевельнулся. Возможно, эти бестии оказались более живучими, чем считалось до сих пор, а может, всего лишь рефлекторно — но одна из страшных паучьих лап внезапно вытянулась вперед и, ухватившись за маскировку Френча, одним рывком разорвала ее. Раздалось ужасное шипение. И уже в следующую секунду он снова смог дышать.

Глава 5

Кто-то схватил Черити подмышки и потащил по снегу, очень быстро и довольно бесцеремонно, так что она постоянно билась ногами и бедрами о разные ледяные комья с острыми краями, которые прятались под обманчивым белым покрывалом. Ей за ворот попал снег и начал таять под курткой, а в правой лодыжке постепенно просыпалась колющая боль, пульсировавшая в такт с ударами ее сердца, становясь при этом все сильнее.

Черити ужасно мерзла, но — странное дело — одновременно ей было и очень жарко, как будто раскаленная рука касалась ее лица. Девушка попыталась открыть глаза, но свет оказался таким ярким, что она со стоном вновь сомкнула веки.

Через некоторое время она сделала еще одну попытку взглянуть на происходящее. Над нею появилось чье-то лицо, обрамленное громоздкой темно-зеленой маской, затем Черити увидела что-то огромное, серебристое и еще страшный мерцающий свет, который преломлялся на полированной поверхности металла.

«Скороход»!

В следующую секунду Черити вспомнила все, что с нею произошло. Она снова застонала, попыталась мотнуть головой и сделала попытку вырваться из рук тащившего ее человека — в результате Лестер не удержал ее и она снова упала в снег. Лестер поспешно нагнулся, чтобы помочь ей встать, но Черити откатилась в сторону и сама поднялась на ноги.

— Что случилось? — спросила она наконец.

— Я ни в чем не виноват, — извиняющимся тоном произнес Лестер. — Я же вас предупреждал! Я же говорил, что такой взлет связан с большим риском! Нам следовало бы подождать еще секунд тридцать, тогда бы я смог поднять нашу колымагу, а так…

— Да заткнись же, наконец, Лестер, — послышался еще чей-то голос, и только сейчас Черити заметила, что они не одни.

Скаддер и оба других солдата сидели на корточках позади большого сугроба, под защиту которого ее притащил Лестер. Из раны на лбу Скаддера текла кровь, а Фаллер, морщась от боли, прижимал к телу левую руку. Филлипсен, сорвав лазер с плеча, целился в огромный силуэт «Скорохода», возвышавшегося над ними на дюжине стальных ног. На какую-то секунду Черити поразилась нелепости всего происходящего, но затем встряхнулась, быстро подошла к Скаддеру и озабоченно протянула руку к его лицу. В ответ Скаддер лишь покачал головой.

— Ничего страшного, — произнес он, — простая царапина.

Черити по опыту знала, что спорить с ним на эту тему бессмысленно, поэтому ограничилась лишь тем, что внимательно осмотрела его залитое кровью лицо, и на четвереньках переползла к Филлипсену. Юный лейтенант лежал на животе и все еще целился из своего оружия в гигантскую машину. Но теперь Черити поняла, что он использует свой лазер скорее просто как опору, за которую цеплялся изо всех сил, чтобы не потерять самообладания. Когда она сама посмотрела в ту сторону, куда уставился Филлипсен, ей тоже сразу стало не по себе. Черити захотелось ухватиться за что-нибудь, чтобы земля не ускользнула у нее из-под ног.

«Скороход» остановился прямо над обломками самолета. Обе передние пары его ног были согнуты, так что он стоял немного наклонившись вперед и, словно огромное стальное насекомое, пожирал свою добычу — те самые жалкие обломки металла, в которые превратился их транспортный самолет.

Самолет горел. Время от времени, когда из-за жары взрывались боеприпасы, его раздавленный фюзеляж озарялся вспышками. Корпус самолета так деформировался, что о его первоначальной форме теперь можно было только догадываться.

Черити невольно вздрогнула, представив, что могло бы случиться, если бы им не удалось живыми и почти невредимыми выбраться из-под обломков. Один из двигателей горел ярким, жутким, багровым пламенем. Жара стала такой сильной, что ощущалась на расстоянии более чем двухсот метров. Впрочем, ослепительные языки огня не мешали «Скороходу» своими огромными захватами методично разрывать самолет на куски, которые затем один за другим исчезали в его пасти.

На какой-то миг Черити даже показалось, что она видит острые зубы стального чудовища.