Читаем Человек в воде полностью

Русло реки не остается постоянным, оно «живет». Старожилы могут вспомнить, что, например, вот этот остров вырастал у них на глазах, а в этом месте берег постепенно размывался. Работники речного транспорта, бакенщики знают, что исчезают мели и косы в одних участках, а в других – возникают мелководья, заставляя внимательно следить за фарватером. Таким образом, перемещая вдоль русла огромные массы наносов, река местами выравнивает дно, местами его размывает, создавая углубления, которые затем вновь могут быть занесены в связи с изменениями характера потока.

Конечно, для неплавающего человека не только яма в воде, но и любое место с ровным дном, где слой воды выше человеческого роста, представляют опасность. Что касается страха перед омутами, то он нам, видимо, тоже достался «в наследство».

В толковом словаре В. И. Даля написано: «Омут – падь под мельницею, где быстрина мутит и вымывает ямину; вообще, яма под водою, в реке, озере; обрывистые, глубокие места в воде». А вот и поговорки: в тихой воде омуты глубоки; в тихом омуте черти водятся; водяной в омуте сидит.

Насколько велика боязнь этих глубин у некоторых людей, показывает следующее письмо: «Стоял солнечный летний день, вода в Днепре была теплой, но какой-то очень легкой и «неудобной» после моря: в реке я плавала впервые. Вдруг мне показалось, что кто-то схватил меня за ноги и потянул вниз. Сразу в сознании всплыло страшное слово «гирло» – я услышала его от брата, ездившего на Азовское море и рассказывавшего потом, какие страшные бывают в море места и как много людей там тонет. Конечно, все время помнить об этом невозможно, но в критические моменты жизни рассказ всплывал в памяти. Как-то я плавала в море, возле Евпатории. Там чудесное песчаное дно. Никаких ям нет. Но когда я уплыла порядочно от берега и возвращалась обратно, то захотела вдруг достать ногой дно. Его не было. На миг стало страшно, мелькнула мысль, что я попала в пропасть. Но я тут же овладела собой, зная, что ничего подобного здесь быть не может. И руки вновь заработали.

Здесь же, в незнакомой реке, опять пришел страх перед пропастью – «гирлом». Мгновенно мои руки и ноги стали ватными, совершенно перестали двигаться. Только шея напряженно тянулась вверх, на поверхность.

Хотя от берега было порядочно, но сестра увидела, что красная шапочка, в которой я была, вдруг скрылась под водой. Она подняла крик. Муж ринулся мне на помощь, я всплыла еще раз, вцепилась ему в плечо и потянула за собой на дно. Нас спасли парни, отдыхавшие невдалеке. Потом уж я узнала, что место, где я тонула, называется Черным Яром, и там вообще не принято купаться, так как большая глубина. Здесь Десна сливается с Днепром».

Слово «гирло» В. И. Даль объясняет как название речного устья или морского пролива в Черном и Азовском морях. Скажем сразу, что никаких физических причин, никаких гидрологических условий для несчастий с людьми в таких гирлах нет. Автор письма отождествляла понятия «гирло» и «пропасть в воде». А ведь именно в местах, где глубина большая, течение в реках спокойное.

Хочется, чтобы заинтересованный читатель уяснил главное: ям надо остерегаться не в воде, а на суше, где, оступившись можно сломать ногу или руку. В реках динамика потока такова, что в ямы не затягивает. Но когда пытаются доказать обратное, что ямы, воронки «затягивают», приводят такой довод: водолазы поднимают утопленника чаще всего в том месте, где он утонул, – «водоворот его удерживает». Но, дорогие товарищи, это же, напротив, служит свидетельством того, что течение реки мало – труп даже не сносит! А раз течение незначительно, то и меньше условий для возникновения турбулентности, водоворотных зон, то есть с абсолютной уверенностью можно сказать, что там никакого водоворота и не было, как, впрочем, и во всех остальных случаях, когда причину несчастья пытаются объяснить попаданием в пресловутые водовороты.

В народе водоворотом называют еще область выхода грунтовых вод в русло реки, когда плывущий попадает из теплой струи в холодную. К слову сказать, это не всегда родниковые выходы. Температура придонных слоев летом обычно ниже, и вертикальные циркуляции поднимают их к поверхности. Внезапная смена температур, ощущаемая в заплыве, многих пугает, и они утверждают, что их потянуло вниз. Это впечатление ошибочно: плотность воды при перепаде температур меняется незначительно. И, если быть совсем точным, холодная вода имеет большую плотность, чем теплая, поэтому и ее выталкивающая сила больше, она лучше держит человека. Значит, и тут нет объективных причин для втягивания плывущего. Холодные струи неприятны, но если их не бояться, не ожидать, что вслед за этим должна разыграться трагедия, то никаких последствий быть не должно.