Читаем Человек в истории полностью

Храпко пишет, что ежемесячно всем членам группы выплачивались командировочные в размере 150 долларов, еще по прибытии в США им были выплачены деньги на экипировку в размере 80 долларов. Так же по фактической стоимости оплачивались расходы на междугородние передвижения и служебные расходы. Но не были оплачены расходы на гостиницы и частные квартиры. Выгоднее было жить на частной квартире, как и поступили челябинцы, сняв комнаты в квартире за 50 долларов в месяц.

Главной целью их поездки был выбор и заказ оборудования, необходимого для реконструкции существующих цехов ЧТЗ, оборудования для двух новых цехов, заказ модели для отливки всех крупных чугунных деталей двигателя, дизеля, пусковых моторов и топливной аппаратуры.

По истечении срока командировки, длившейся четыре месяца, часть группы отправилось обратно в СССР. Оставшейся части группы командировочная виза была продлена еще на четыре месяца.

После завершения оформления заказа всем членам группы была предоставлена возможность совершить поездки по основным автомобильным и тракторным заводам для ознакомления с современным производством. После возвращения в Нью-Йорк из поездки по заводам, для приемки оборудования в США остались: Митревич и Шлямбер — в Нью-Йорке, Вержинский — в Маскигене, Филимонов — в Рокфорде и Храпко — в Детройте. Каждый из оставшихся принимал оборудование на станкостроительных заводах, расположенных в этих городах и в их районе. М. А. Храпко с гордостью пишет, что ни один принятый им станок не имел дефектов при сборке и эксплуатации на ЧТЗ.

Все они хотели как можно больше узнать о США, оценить жизнь американцев, посмотреть все интересное, но «не закрывать глаза на отрицательные стороны жизни». И первое, о чем пишет Михаил Алексеевич, — это возможность покупок. Он купил себе удобный фотоаппарат 6 на 9 см «для пластинок и фильмпаков», т. к. в СССР еще не было пленочных аппаратов и пленок. Как напишет он в заключительных воспоминаниях, — все его фотографии будут утрачены при аресте в 1937 г.

Что касается одежды, Храпко не увлекался ее приобретением, но «был одет так, чтобы внешним видом не отличаться от американцев и не обращать на себя внимание». Тем не менее покупки делать приходилось, одежду и обувь они покупали в обычных магазинах. Повседневную обувь приобретали в магазинах «Том Макэн». Эти магазины во всех городах США продавали чехословацкую обувь по стандартной цене 3 доллара 75 центов за пару обуви любого фасона. Костюмы покупали в магазинах готовой одежды. Все остальные вещи, такие как часы, радио, патефоны и т. д., покупали в магазине в Амторге — там они стоили дешевле и были хорошего качества.

Как написал сам Храпко, наиболее интересным периодом их пребывания в США был Нью-Йоркский. «Во-первых, потому, что он был первым, когда все окружающее является новым, производящим большое впечатление, в этом огромном, самом характерном городе США. Во-вторых, мы были все вместе, все время и на работе, и в свободное время, что очень важно в чужой стране, среди незнакомых людей, обстановки и условий». Но есть и еще одно важное обстоятельство пребывания в чужой стране — знание языка. Сам Михаил Алексеевич в детстве занимался французским, в гимназии — немецким, в институте — английским. И кстати, описывая поездку в Филадельфию, не без гордости пишет, что остался доволен знанием английского языка: «Меня понимали, и я понимал собеседников». Находясь в чужой стране, он многое делал для совершенствования языка — занимался на уроках в Амторге, часто ходил в кино, прочитал две книги.

В своих воспоминаниях М. А. Храпко описал основные развлечения. Они поднимались на 102-этажный небоскреб «Эмпайрстетбильдинг», в один из выходных они в компании знакомых девушек отправились в Центральный парк, где смогли пострелять в тире.

Михаил Алексеевич, как человек опрятный, в своих воспоминаниях отдает должное и опрятности новых американских знакомых: «Они не выйдут из дома пока не будут тщательно одеты во все глаженное, причесаны и слегка накрашены». В то же время девушки отказывались ездить с русскими друзьями за город на автобусе или электричке, предпочитая машины: «Это роняло их достоинство в глазах окружающих, что они общаются с такими, у которых нет машин. Везде свой порядок, свои взгляды», — грустно констатировал Храпко.

Поэтому Храпко с товарищами в одно из воскресений взяли и поехали одни, без девушек, на пляж Джанс Бич, на Атлантическом океане. Видимо, пляж настолько потряс Михаила Алексеевича, что этому описанию он отводит более страницы. Он восхищался его размерами, благоустройством (песчаный пляж), количеством отдыхающих. Впечатлили и вышки спасателей через каждые 100–150 метров. Кроме основной обязанности спасатели помогали родителям отыскивать заблудившихся детей. Удивила и комфортность пляжа, оборудованного раздевалками, шкафчиками для одежды, запираемыми на замок, и душами с пресной водой, а также множество открытых буфетов и урн для мусора.