Читаем Человек маркизы полностью

Противник ещё несколько недель назад стал вторым на первенстве Германии, а домашний «MSV Дуйсбург» тоже поднялся из второй в первую бундеслигу. Придётся, мол, таким образом выступать против Шальке, и поэтому надо наперёд проверить, с кем придётся иметь дело. Кстати, за эти недели переместился не только «Дуйсбург», но одновременно и красно-белые «Эссен» опустились из второй в третью лигу. На заднем сиденье началась какая-то возня. Поскольку Ахим считал, что как падение «Эссена», так и второе место «Шальке» в чемпионате есть результат сговора. И тогда снова дело зашло о подковёрной борьбе. Ведущие команды – такие как «Дортмунд» или «Шальке», – известное дело, высасывали таланты у других объединений. Можно было слушать его часами, правда, время от времени спрашивать себя, зачем.

В Динслакене Ахим и Лютц немедленно купили афишку с расстановкой и анализировали команду Гельзенкирхена. Когда началась игра, у них уже была составлена полная картина. Согласно этой картине, юного Ральфа Фермана ожидало будущее национального вратаря. Вероятно, после ожидаемой победы «Шальке» в чемпионате его и за границу обменяют. Может, в Испанию, в худшем случае перейдёт в Мюнхен. Что касается верности Фермана своей команде, то он ненадёжный кандидат.

Другого вратаря юниоров звали Мануэль Нойер, и как Лютц, так и Ахим предсказывали, что этот слишком привязан к родине, чтобы когда-нибудь сменить объединение. Он ведь родом из Буера, заметил Ахим. Это для гельзенкирхенца и благословение, и обязанность одновременно.

– Такие люди всегда остаются там, где есть, они отказываются как бы автоматически от большой карьеры, – сказал Лютц и поставил галочку напротив вратаря. Дескать, в будущем для «MSV Дуйсбурга» не будет большой опасности, если «Шальке» играет с таким неамбициозным типом, как этот Мануэль Нойер.

Рональд слушал эти глубокие доклады и не комментировал их, потому что очевидно понимал в футболе куда меньше своих друзей. Он хотел всего лишь составить им компанию и прикинулся впечатлённым, когда Ахим и Лютц вынесли свой приговор знатоков ещё одному молодому игроку «Шальке-04».

– Хё-ве-дес, – прочитал Ахим вслух и стал искать на поле игрока с этим номером на спине. Тоже один из юниоров. Защитник и капитан команды юниоров. Но явно сегодня сидит на скамье запасных, что, согласно Ахиму, происходит из-за его имени. – Бенедикт, – кривился он, показывая мне листок с расстановкой игроков, как будто должен был мне доказать, что мальчишку в самом деле звали именно так.

– Ну и что с ним не так? – спросила я.

– Ким! Вот видно, что ты действительно не имеешь никакого понятия. А дело вот в чём: Бенедикт – это имя лузера.

– По крайней мере, Папу зовут как раз Бенедикт, – слабо возразил Рональд.

– Папу, вообще-то, зовут Йозеф, – огрызнулся Ахим. – Понятия не имею, что ему взбрело перекреститься. Но имя у него Йозеф. То есть Зепп. Зепп – вот настоящее футбольное имя.

– А что значит «футбольное имя»? – спросила я.

– Ну, вот Зепп. Герд. Манни. Хорст. Фриц. Франц. Берти, – перечислял Лютц.

– Вилли. Рюдигер. Клаус. Гюнтер. Бернард. Калле. Эвальд, – дополнил Ахим.

– Но уж никак не Бенедикт. Бенедикт – это всё равно что Максимилиан. Или Михаэль. Назови мне хоть одного знаменитого игрока, которого бы так звали.

– А назови мне двух, кого зовут Берти, – сказал Рональд.

– Да пошёл ты, – велел Ахим, однозначно настроенный на скандал. – Во всяком случае Бенедикт – подходящее имя, если ты покупаешь себе морскую свинку или собираешься стать Папой. А для футболиста это не годится. Как и Мануэль. Вот уверяю вас: этот Хёведес не попадёт в команду бундеслиги, никогда ему не играть против MSV. Как я здесь вижу, «Шальке» сейчас как раз полностью проигрывает своё будущее.

На четвёртой минуте игры один игрок по имени Геральд Азамоах забил первый гол. До второго тайма последует ещё семь голов при всего одном шансе для Динслакена. Тренер «Шальке» Сломка провёл основательную замену, и во второй половине матча на поле оказалась практически другая команда, что заставило Ахима и Лютца распространить свой анализ на новых игроков. В целом они пришли к заключению, что для «MSV Дуйсбурга» в конце стартующего сезона возможно место в лиге чемпионов, в принципе даже вероятно, а в общем – неотвратимо. Причём уже потому, что у такого противника, как «Шальке-04», в основном составе почти нет пригодного игрового материала. Высокую победу в этот день они назвали шоковой гранатой, а худенького паренька, который то и дело пробегал мимо нас туда и сюда, рахитичным голодным крючком. С номером 17.

Ахим поискал его на листке с расстановкой.

Перейти на страницу:

Все книги серии Имена. Зарубежная проза

Его запах после дождя
Его запах после дождя

Седрик Сапен-Дефур написал удивительно трогательную и в то же время полную иронии книгу о неожиданных встречах, подаренных судьбой, которые показывают нам, кто мы и каково наше представление о мире и любви.Эта история произошла на самом деле. Все началось с небольшого объявления в местной газете: двенадцать щенков бернского зенненхунда ищут дом. Так у Седрика, учителя физкультуры и альпиниста, появился новый друг, Убак. Отныне их общая жизнь наполнилась особой, безусловной любовью, какая бывает только у человека и его собаки.Связь Седрика и Убака была неразрывна: они вместе бросали вызов миру, ненавидели разлуку, любили горы и природу, прогулки в Альпах по каменистым, затянутым облаками холмам, тихие вечера дома… Это были минуты, часы, годы настоящего счастья, хотя оба понимали, что совместное путешествие будет невыносимо коротким. И правда – время сжималось, по мере того как Убак старел, ведь человеческая жизнь дольше собачьей.Но никогда Седрик не перестанет слышать топот лап Убака и не перестанет ощущать его запах после дождя – запах, который ни с чем не сравнить.

Седрик Сапен-Дефур

Современная русская и зарубежная проза
Птаха
Птаха

Кортни Коллинз создала проникновенную историю о переселении душ, о том, как мы продолжаем находить близких людей через годы и расстояния, о хитросплетении судеб и человеческих взаимоотношений, таких же сложных сейчас, как и тысячи лет назад.Когда-то в незапамятные времена жила-была девочка по имени Птаха. Часто она смотрела на реку, протекающую недалеко от отчего дома, и знала: эта река – граница между той жизнью, которую она обязана прожить, и той, о которой мечтает. По одну сторону реки были обязанности, долг и несчастливый брак, который устроил проигравший все деньги отец. По другую – свобода и, может, даже простое счастье с тем мальчиком, которого она знала с детства.Жила девочка по имени Птаха и в наше время. Матери не было до нее дела, и большую часть времени Птаха проводила наедине с собой, без конца рисуя в альбоме одних и тех же откуда-то знакомых ей людей и всеми силами пытаясь отыскать в этой сложной жизни собственный путь, за который она готова заплатить любую цену.

Кортни Коллинз

Современная русская и зарубежная проза
Нет соединения с сервером, попробуйте зайти чуть позже