Читаем Чечня Червленая полностью

Тренчик: — По крайней мере, ты не будешь числиться неопознанным. Как те парни в рефрижераторах на станции, помнишь?

Рыжий: — Сплюнь, придурок.

Якунин: — А у меня мать перед армией фаланги пальцев линейкой мерила. Я ей говорю: «Мам, ты зачем это?». А она не отвечает ничего. Плачет только.

Некоторое время они молча лежат на песке. Над ними в сторону гор пролетают два штурмовика.

Тренчик: — Айда купаться!

Казарма. Около щита с расписанием роты стоит неопрятного вида солдат. Он без кепки, верхняя пуговица расстегнута, ремень болтается, берцы не завязаны. Он весь какой-то грязный и помятый, лицо опухшее от пьянки. Это Саид. На тумбочке стоит Сидельников.

Саид: — А где рота разведки?

Сидельников: — Они все в Чечне.

Саид: — А Еланский?

Сидельников: — Он тоже.

Саид: — А ты связист?

Сидельников: — Да.

Саид: — Расслабляетесь, значит. Слышь, связной. Принеси мне бананов. Бананов хочу. Даю тебе два часа.

Сидельников спит, укрывшись одеялом с головой. Его будят.

Разведчик: — Иди, тебя Саид зовет.

Пьяный Саид сидит в каптерке, одна нога у него лежит на столе, голень ему массирует разведчик.

Сидельников: — Ты звал, Саид?

Саид: — Для кого Саид, а для кого Олег Александрович.

Сидельников: — Ты звал меня, Олег?

Саид: — Скажи: «Ты звал меня, Олег Александрович?»

Сидельников, глядя в пол: — Ты звал меня, Олег.

Саид усмехается.

Саид: — Принес?

Сидельников: — Нет.

Саид: — Почему.

Сидельников: — Я не знаю, где достать бананы, Олег.

Саид: — Что?

Сидельников: — Я не знаю…

— Что? — орет Саид, — что? Ты что, чумоход, не хочешь искать мне то, что я сказал? Чмо! Ты будешь искать, черт конявый! Понял, животное? Будешь!

Он избивает Сидельникова. Он бьет его очень долго, несколько часов. Он делает это заходами, сначала бьет, потом садится отдыхать, а Сидельникова заставляет отжиматься. Тот отжимается, а Саид снизу поддевает его пыром в зубы или бьет каблуком по затылку, так, чтобы Сидельников разбил лицо о доски пола. В конце концов ему это удается. Сидельников падает, и лежит на грязных досках, из разбитых губ течет кровь.

Саид снова поднимает его и опять начинает бить. Он бьет его ладонью по разбитым губам. Китель Сидельникова залит кровью.

К Саиду присоединяются еще разведчики, несколько человек, они окружают Сидельникова и молотят локтями в спину. Тот стоит согнувшись, прикрыв руками живот, ему не дают упасть, чтобы была возможность бить коленом снизу…

В конце концов Сидельникова загоняют в туалет. Один из разведчиков подпрыгивает и ударяет его ногой в грудь. Сидельников отлетает и выбивает спиной окно. Он успевает зацепиться руками за раму и не выпадает на улицу. Его опять сбивают ударом с ног, он летит на пол и больше не встает, лежит на полу, среди битого стекла, и пытается прикрыть почки и пах.

Наконец разведка берет тайм-аут и закуривает. Саид стряхивает пепел прямо на Сидельникова, он старается попасть горячим углем ему в лицо. Семенов выковыривает из патрона пулю, заряжает автомат холостым и заталкивает в ствол шомпол.

Семенов: — Слышь, Длинный, выстави руку.

Разведчик: — Дурак что ль. Не надо.

Семенов стреляет в стену. Шомпол до середины входит в цемент.

Саид: — Пацаны, а давайте трахнем его. Давайте его опустим, а?

Сидельников протягивает руку и берет большой похожий на нож осколок стекла, обернув его рукавом. Он встает с пола, кровь капает с разбитого лица на лезвие.

Разведчик: — Нет, не будем. Марганцовки нет. Оставьте его, пошли. Длинный, шомпол вытащи.

Они уходят. За выбитым окном степь. Стрекочут цикады. На взлетке разгоняются штурмовики. Пустой плац освещен лишь одним фонарем, на улице никого нет, ни одного офицера, ни одного солдата.

Сидельников в сушилке, стоит согнувшись и держась за живот. Кашляет, забрызгивает стену кровью, ложится в углу на кучу бушлатов. Стонет. Затем берет лезвие и начинает отчищать кровь со стен, ему тяжело дышать и он не может разогнуться, но отчистить кровь надо и он карябает лезвием по обоям. Он бесшумно плачет, чтобы не услышала разведка — они ходят по коридору. «Связисты! Длинный, сука, я сказал шомпол вытащи!» — орет пьяная разведка и топает сапогами мимо каптерки. В коридоре стреляют.

Затем он начинает разбирать бушлаты и вешать их в шкаф. Завтра придет старшина и все должно быть в порядке.

В кармане одного из бушлатов он находит письма. Это бушлат Комара. Пишет ему девчонка. Он открывает письмо и начинает читать. «…милый мой Ваня, солнышко мое, зайчик мой любимый, ты только вернись, ты только вернись живым, я тебя очень прошу, выживи на этой войне. Я приму тебя любого, без рук, без ног, я смогу ухаживать за тобой, ты же знаешь, я сильная, ты только выживи. Прошу тебя! Я так люблю тебя, Ванечка, мне так без тебя плохо. Ваня, Ваня, милый мой, солнышко мое, ты только не умирай, ты только будь живым, прошу тебя, Ваня, заклинаю тебя Ваня, выживи…»

Он закрывает письмо и начинает выть. Луна светит в окно, Сидельников сидит на куче бушлатов и воет избитыми легкими. Из разбитых губ сочится кровь, он раскачивается взад и вперед, зажав письмо в кулаке, и воет.

Ночь. За окном — плац, ярко светит фонарь.