Читаем ЧаВо анархизма полностью

Именно по этой причине анархисты выступают против капитализма и призывают «рабочих объединяться в демократические сообщества, с равными условиями для всех участников, под страхом рецидива феодализма». [Proudhon, The General Idea of the Revolution, стp. 277] По тем же причинам, анархисты (начиная с Прудона) выступают против брака, поскольку он превращает женщину в «окованную рабыню, которая берет имя ее владельца, хлеб ее владельца, подчиняется командам ее владельца, и служит для удовлетворения похоти ее владельца... она не может управлять ни собственностью, ни даже ее собственным телом без его согласия». [Voltairine de Cleyre, "Sex Slavery", The Voltairine de Cleyre Reader, стp. 94] Несмотря на то, что брак, благодаря феминистской агитации, во многих странах был преобразован в сторону анархического идеала свободного союза равных, он все еще базируется на патриархальных принципах, которые такие анархистки как Гольдман и де Клер определяли и осуждали (см. раздел А.3.5 про феминизм и анархизм).

Очевидно, что добровольный вход - необходимое, но не достаточное условие, чтобы защитить свободу человека. Это вполне понятно, ведь он игнорирует (или считает само собой разумеющимися), социально-бытовые условия, в которых соглашения заключаются и, кроме того, игнорирует общественные отношения, создаваемые ими («Рабочий, вынужденный продавать свой труд, не может оставаться свободным». [Kropotkin, Selected Writings on Anarchism and Revolution, стp. 305]). Любые общественные отношения, основанные на абстрактном индивидуализме, скорее всего, будут опираться на принуждение, силу, власть, а не на свободу.

Что, конечно, лишь мираж свободы, согласно определению которой люди развивают свои способности и действуют по собственной воле. Поэтому волюнтаризма недостаточно, чтобы создать общество, в котором свобода достигнет своего максимума. Вот почему анархисты считают, что добровольная ассоциация должна дополняться самоуправлением (прямой демократией) в этих ассоциациях. Для анархистов переход к волюнтаризму подразумевает самоуправление. Или, как отмечал Прудон, «как индивидуализм - исконный основополагающий признак человечества, так ассоциация - его дополняющее свойство».[System of Economical Contradictions, стр. 430]

Конечно, можно возразить, что анархисты считают одни формы социальных отношений лучше других, и что истинный либертарный социалист должен позволить людям выбирать те социальные отношения, которые им больше нравятся. Сначала ответим на второе возражение. В обществе, основанном на частной собственности (и государстве), у владеющих собственностью всегда больше власти, которую они традиционно используют для захвата и удержания своей власти. «Богатство - власть, бедность – бесправие» по мнению Альберта Парсонса. Это означает, что при капитализме распиаренная «свобода выбрать» на деле чересчур ограничена. Для подавляющего большинства она становится свободой выбирать хозяина (при рабстве, язвительно замечал Парсонс, господин «выбирает... себе рабов. При системе наемного рабства, наемный раб выбирает себе господина».) При капитализме, подчеркивал Парсонс «лишенные своих естественных прав вынуждены продавать свой труд, служить и повиноваться господствующему классу или протянуть ноги с голода. Нет никакой другой альтернативы. Но некоторые вещи бесценны по сути своей, главные среди которых жизнь и свобода. Свободный человек не продается». [Anarchism, стp. 99 и стp. 98] Почему мы должны оправдывать рабство и терпеть тех, кто желает ограничить свободу других? Фиктивная "свобода" командовать – свобода порабощать, – на самом деле ликвидация истинной свободы, которую необходимо защищать.

Относительно же первого возражения, анархисты признают себя виновными. Да, мы стараемся препятствовать сведению всего многообразия человеческих сущностей к функционалу роботов в пользу ценностей человеческого достоинства, свободы и индивидуальности.

(В части 2.11 мы обсуждаем, почему прямая демократия - необходимое условие волюнтаризма (то есть свободного соглашения). В части B.4 показывается, почему капитализм не может быть основан на равной рыночной власти между собственниками и неимущими).

А.2.15 Что насчет человеческой натуры?