Читаем ЧаВо анархизма полностью

Букчин не «отрицает, что консенсус мог бы стать отличной формой принятия решения в маленьких группах, люди в которых прекрасно знают друг друга». Но он обращает внимание на то, что на практике, «когда большие группы пытаются разрешать спорные вопросы методом консенсуса, то обычно это обязывает их достигать самого низкого интеллектуального знаменателя в принятии решений: наименее спорное, или даже можно сказать наиболее посредственное решение, в котором может сойтись вся большая группа людей, обычно и принимается, поскольку каждый ее участник должен либо согласиться, либо избежать голосования по такому спорному вопросу». [Там же, стp.7].

Поэтому, из-за потенциально авторитарного характера консенсуса, большинство анархистов не согласны с тем, что он является неотъемлемым политическим аспектом свободной ассоциации. Несмотря на все очевидные преимущества консенсуса, обычно он – особенно в многочисленных группах – непрактичен и дает отрицательный эффект. Часто практика консенсуса ведет к деградации свободного общества или ассоциации, имея тенденцию жертвовать индивидуальностью во имя сообщества и инакомыслием во имя солидарности. Ни свободную коммуну, ни солидарность не построить, если развитие личности и ее самовыражение подвергается общественному неодобрению и давлению. Так как каждая личность уникальна, то у каждой личности может быть своя уникальная и неповторимая точка зрения, которую она должна иметь возможность выразить, поскольку общество развивается и обогащается действиями и идеями личностей.

Иначе говоря, анархические сторонники прямой демократии подчеркивают «творческую роль инакомыслия», которая, как они опасаются, «может исчезнуть в серой однородности, требуемой для достижения согласия». [Там же, стp. 8]

Мы должны подчеркнуть, что анархисты не поддерживают чисто механический процесс разрешения вопросов, в котором большинство голосует за исключение меньшинства и игнорирует его. Напротив! Анархисты, поддерживающие принцип прямой демократии, видят его как динамический процесс переговоров, в котором большинство и меньшинство слушают и уважают друг друга и принимают решение, устраивающее всех (если это возможно). Они видят процесс участия в демократических сообществах как средство достижения общих целей, как процесс, который поощряет разнообразие мнений, позволяет меньшинству выражать свое мнение и устраняет любую тенденцию большинства к маргинализации и угнетению меньшинства, гарантируя обсуждение и обоюдовыгодное решение важных проблем.

А.2.13 Анархисты индивидуалисты или коллективисты?

Вкратце ни те, ни другие. Например, либералы обвиняют анархистов вроде Бакунина в коллективизме, а марксисты критикуют Бакунина и анархистов за индивидуализм.

Неудивительно, что анархисты обвиняют и критикуют обе эти идеологии как полную ерунду. Нравится им это или нет, индивидуализм и коллективизм не анархического толка – две стороны одной капиталистической монеты. Это лучше всего может быть продемонстрировано на примере современного капитализма, в котором "индивидуалистические" и "коллективистские" тенденции постоянно взаимодействуют, часто имея свойство в политических и экономических структурах общества колебаться от одного полюса к другому. Капиталистические коллективизм и индивидуализм - это односторонние взгляды на человеческое существование и, как и все проявления дисбаланса, глубоко порочны.

Для анархистов сама идея, что люди должны жертвовать собой ради "группы" или "общего блага" - полный бред. Личности составляют группу, но если люди думают только о том, лучше для группы, группа лишится всякой жизни внутри. Именно развитие человеческого взаимодействия в группах придает им жизнь. "Группы" не могут думать, думают только люди. Этот факт по иронии судьбы приводит авторитарный "коллективизм" к частному виду "индивидуализма", а именно к "культу личности" и поклонению вождю. Можно предположить, что такой коллективизм начинается с окучивания людей в абстрактные группы, нарушения их индивидуальности, и заканчивается обозначением необходимости в человеке с достаточными способностями, который смог бы принимать решения за всех, и эта проблема "разрешается" вождизмом. Сталинизм и нацизм яркие тому примеры.

Поэтому анархисты понимают, что человек, личность – базовая единица общества и что только у людей есть интересы и чувства. Это значит, что анархисты против "коллективизма" и приоритета группы над личностью. В анархической теории группа существует только для того, чтобы помогать и развивать своих членов. Поэтому мы уделяем такое большое внимание группам, организованным либертарными способами, так как только либертарная организация позволяет членам группы наиболее полно выражать себя, управлять своими интересами и создавать такие социальные отношения, которые способствовали бы развитию индивидуальности и индивидуальной свободы. Конечно, общество и группы, к которым присоединяются люди, формируют личность, но лишь человек - истинная основа общества. Так Малатеста писал: