Читаем Часть 4 : Долгая борьба полностью

Доки были темными, но пугающе величественными. Казалось это место оставалось неизменным в течение тысячелетий. Возможно так и было.

«Хорошо,» – подумал Синевал. – «Не пришлось долго ждать.»

Пять охотников за душами ожидали, у каждого из них было какое–то оружие. Их одеяние неприятным образом было похоже на одежду воинов самого высокого ранга. Много черного, расшитого серебром. Их оружие, также, было похоже на боевые жезлы.

Синевал отодвинул в сторону своего проводника. Свою задачу тот выполнил.

Стоящие перед ним были безмолвны подобно монументальным статуям, ожидающим, когда охраняемые ими мертвецы вновь поднимутся. Их драгоценные камни тускло мерцали, слабый свет в царстве темноты.

- Мои поздравления, – громко сказал Синевал. – Я – Синевал, Избранный минбарцев. Отведите меня к вашему вождю. Сейчас же.

- В этом нет необходимости, Избранный Синевал, – сказал голос. При его появлении из темноты охранники безмолвно выказали знаки почтения; вышел еще один охотник за душами, но он очень сильно отличался от остальных.

Более высокий, более надменный. Он держал себя как король. Как один лидер у другого Синевал увидел силу пришедшего; но не только силу, но и власть, убеждения, принципы – увидел в нем и в его поведении.

Его одежда отличалась от других. Не в черном с серебром, так напоминающих о минбарцах, но в великолепных золотых с красным одеждах, украшенных древними знаками и символами. На бедре висело длинное, похожее на меч оружие. Оно было изогнутым и, казалось, искрилось в темноте.

- Я здесь вождь, Избранный Синевал. Примас Majestus et Conclavus. Я не часто являю свою святость в эти дни, но ты… ты возбудил мое любопытство.

Теперь, когда он был ближе, Синевал мог разглядеть кое–что в этом Примасе. Аура очень большого возраста. Сколько столетий он пережил? Сколько дел, войн, героев и мучеников?

- Мне доставило бы удовольствие убить тебя, но я так давно не видел минбарцев.

- Прежде, чем вы что–нибудь сделаете, – Синевал сказал быстро, но без чрезмерной поспешности. Всегда заставляйте верить, что у вас есть преимущество. – На корабле, на котором я только что прибыл, установлена бомба. Если я умру, она взорвется, уничтожив не только корабль, но и всю вашу коллекцию.

- Ах! – воскликнул Примас. – Минбарец… ты вошел в мою крепость, напал и оскорбил моих воинов… воевал против моих людей, и теперь ты… ты стоишь в моей крепости и угрожаешь мне. Мне!

- Вы не можете убить меня. Вы не убиваете. Таковы ваши убеждения, не так ли?

- Мы не убиваем ради душ, Избранный. Но ради защиты наших братьев или наших коллекций мы можем и убить.

- Зачем ты здесь?

- Чтобы сделать вам предложение.

- Я желаю править вами. Я хочу получить доступ к каждой ваше тайне, контролировать ваших военных, ваших шпионов, все ваши действия. Я хочу быть причастным к каждому клочку знания, которое вы имеете. Я хочу власти над каждым шаг–тотом в галактике.

- Шаг–тот – это оскорбление, – отметил Примас. – Но то, что ты только что сказал, даже больше. Что ты можешь предложить нам в уплату хотя бы за часть того, что требуешь?

- Кое–что, что стоит гораздо больше для вас. Мою душу.

Боль была сегодня не такой сильной. Это несомненно хорошо. Но она все еще не могла пройти больше, чем несколько шагов. Это плохо.

Прошли месяцы после нападения, вызвавшего эти повреждения у Сьюзен Ивановой, а она все еще не восстановилась полностью. Ей сказали, что она никогда не будет прежней. Головные боли, судороги, приступы слепоты и тошноты… они останутся навсегда. Но если бы она могла ходить, думать, дышать… это было все, что было ее сейчас нужно.

В дверь позвонили, и она открыла глаза. Ее зрение было нечетким, но оно улучшалось. Она спросила себя, кто это может быть. Может быть Лорел? В последнее время Лорел приходила довольно часто. Сьюзен была подозрительна, потому что ее было нечего делать, и потому что она все еще не отошла от стресса.

Сьюзен подавила смешок. Она наверно превратилась в магнит для потерянных и брошенных.

- Войдите, – сказала она. – Лорел, я рада…

Это был не генерал Лорел Такашима. Совсем не она.

- Мои поздравления, Иванова, – сказал посол Дэвид Шеридан, медленно входя в комнату.

- Посол, – прошептала она. Сьюзен слышала о его назначении сюда, но он ни разу не соблагоизволил, увидеть ее после прибытия несколько месяцев назад. Он повидал членов ее дипломатического штата, чтобы забрать все ее документы и записи, но он сделал это, пока она была все еще в коме. После выписки из медлаба, одно из ее первых действий должна была быть встреча с ним, но он отказался ее видеть. Ее послания к нему просто вернулись назад. И все, чего она добилась от его офиса, – это короткое сообщение, что за ней пришлют, когда это будет необходимо.

- Я пыталась…

- Помолчите, – сказал он. Он не кричал, но он и не нуждался в этом. – Вы подвели нас, Иванова. Ужасно подвели нас.