Читаем Часовой полностью

Ричер поставил «шевроле» перед восемнадцатым номером и поспешил внутрь. Сара была на месте. Она стояла в ногах второй кровати. Глаза круглые. Ноги на ширине плеч. Обе руки вытянуты вперед. Пальцы сжимают рукоятку кольта. Классическая стойка. Фронтальная для стрельбы из пистолета. Названная «треугольник»[16] потому, что руки и спина стрелка в этом положении образуют прямой угол. Хороша для точной стрельбы. Что могло бы стать для Ричера серьезной проблемой, поскольку Сара целила прямо ему в грудь.

— Ричер! — воскликнула Сара, опустила оружие и поспешила к нему навстречу. — Где вы были? Я места себе не находила. Звонила, звонила, но вы не брали трубку.

— Долго рассказывать. Произошли очень серьезные события. Все расскажу позже, а сейчас мне нужна ваша помощь.

Он достал из кармана мобильник, полученный им от Фишер.

— Здесь есть один снимок. Снимок документа. Из сервера, который я отдал русским. Фишер считает, что это тот самый документ, по которому можно вычислить их шпиона. Она хочет, чтобы я отослал его Уоллуорку.

— Легко. Давайте мобильник. Сейчас все сделаю.

— Нет. Мне кажется, здесь что-то не так. Думаю, Фишер подставили.

— Почему?

— Несколько причин. Начнем с букета цветов. Эдельвейсов Клостерманна. Когда мы с Расти были у него в доме, я их там не видел. На следующий день они появились. Когда он встречался с нацистами. Случайно?

— Вовсе не обязательно. Найдется много причин для того, чтобы цветы не стояли обязательно каждый день.

— Потом еще деньги. Зачем платить за сервер пятнадцать тысяч долларов, когда Клостерманн вполне мог подождать недельку, когда будет выплачен выкуп и цифровой архив снова откроют? Так делают все нормальные люди. И зачем платить Тони Гарзе, чтобы она отправилась искать сервер как раз тогда, когда случилась вирусная атака? Будто он знал, что архив разблокирован не будет.

— По словам агента Фишер, он разблокирован не будет.

— Вот и я о том же. Откуда Клостерманн мог об этом знать? Об этом знают только русские, поскольку атака — их рук дело.

— Но Клостерманн состоит в нацистской организации. Вы же их видели. Видели их татуировки. Они организуют сборище. Это вам не шутки.

— Да, организация серьезная. И сборище — дело серьезное. Но это не значит, что Клостерманн на самом деле таков. Нацики уверены в том, что он — один из них. Но это ничего не доказывает. Они же тупые как дрова. Клостерманн с таким же успехом может быть русским. Смута и разделение. В этом суть их стратегии. Активно поддерживать соперничающие группировки и настраивать их друг против друга. Порождать ненависть и стремление к насилию.

— Но если Клостерманн русский, почему группу Фишер не вывели из игры, когда он получил сервер?

— Самое предпочтительное объяснение таково. Когда я сказал, что это оригинал, они мне не поверили. И ждали, не появятся ли на свет другие копии. Чтобы уничтожить все.

— Резонно. А наименее предпочтительное?

— В двух словах, после ресторана я оказался в мотеле, где остановились русские. У них там была специалистка по компьютерам, готовая приступить к делу. Она сразу обратила внимание на этот файл. Хотя люди из ФБР искали его… сколько? Почти двое суток.

— Она знала, что ищет. А люди из ФБР нет.

— Возможно. Но эта специалистка фактически дала понять Фишер, что нашла его. И нарочно вышла из комнаты, так что сделать копию было очень легко. А что касается моего побега, я просто вышел оттуда, и все. Это как раз меня и беспокоит. Группу Фишер оставили на месте не просто так, а чтобы она смогла увидеть документ.

— Они все это подстроили? Но зачем?

— Чтобы направить ФБР по ложному следу. Чтобы обезопасить своего агента, создав второй, одноразовый объект, агента, который примет удар на себя.

— Вы понимаете, что это значит. Им известно, что Фишер крот. Они ею просто манипулируют. Послушайте, Ричер, в ФБР должны понимать, что ее надо вывести из игры.

— Если я прав, да, надо. Но мы должны в этом твердо убедиться. Можно посмотреть, есть ли на нашем сервере документ, который нашла Фишер? Если его нет, мы будем знать, что это фальшивка. А если есть, нужно сравнить обе версии.

— Теоретически, да. Но там же тысячи документов. Понадобится несколько недель, чтобы найти нужный. Надо как-то сузить круг поиска.

— Как, например?

— Может быть, искать по названию файла.

— А где мы его возьмем?

— Возможно, он есть в самом верху страницы. В виде наименования. Дайте-ка мне мобильник.

Сара посмотрела на экран и помотала головой.

— Слишком маленькое изображение. И мобильник слишком простенький, нет электронной почты. Сейчас наберу текст с фотографии на свой мобильник и пошлю на компьютер.

Сара нажала на несколько клавиш в мобильнике Фишер, несколько в своем, потом они прошли в смежную комнату. В ней обнаружили стоящего возле кровати Резерфорда. Расти был бледен. Волосы спутаны. Но он стоял, а это уже можно было считать прогрессом.

— Что происходит? — спросил Резерфорд.