Читаем Часодеи читают Часодеев (СИ) полностью

— Когда я сегодня получил из часолиста письмо от твоего отца, Василиса, — медленно начал он, — то подумал, что это чей-то жестокий розыгрыш. Представляешь, как я удивился? Мой злейший враг, смертельный враг! Пишет мне самолично и просит приютить его дочь в моем доме на время школьных будней. Признаться, я потерял дар речи на полдня, как минимум.

— Ну вот! — кивнул Нортон. — Я же тебе говорил, что разрешил.

— Хоть и не дал точный ответ. — возразила ЧК.

— Хватит это повторять. Я этот знаю.

Василиса подавленно молчала. Ее шансы поселиться в Лазоре стали почти призрачными.

— Я долго размышлял, — продолжил отец Ника. — А вдруг это новый подвох со стороны Огнева? Может, он снова решил подставить меня?

— Ой Костя, поверь мне так было уже плевать на тебя, что не хотел тебя уже подставлять. — признался Нортон.

— Ладно, поверю Нортон. — кивнул Лазарев.

— Нет-нет, это я сама предложила, когда узнала… — горячо возразила Василиса, но Лазарев вновь остановил ее предупреждающим жестом.

— Но тут я вспомнил, что эта девочка — Василиса Огнева — подарила моему сыну исполнение его самой заветной мечты. — В карих глазах, окруженных лучистыми морщинками, появились смешливые искры. — И разве я могу не принять ее в моем доме? Да и сестре нашего дорогого Фэша мне трудно будет отказать. — Он улыбнулся Захарре.

— Дорого Фэша? — улыбнулся Драгоций. — Благодарю вас.

— Пожалуйста. — хмыкнул тот.

— Так, значит… — Глаза у Василисы заблестели от восторга.

— Вы будете жить в Голубиной башне, — произнес отец Ника. — Ник покажет вам, где она находится, а заодно позаботится о том, чтобы вам выдали одеяла, дрова, посуду и все остальное. Но знайте — там действительно холодно, особенно зимой.

— Спасибо, папа! — Лицо младшего Лазарева осветилось радостной улыбкой.

Девочки горячо поблагодарили старшего Лазарева. Даже Захарра, мигом растеряв всю свою невозмутимость, светилась от счастья.

— Ух, а сколько радости! — засмеялась Дейла.

— Это точно. — кивнула Захарра.

Затем они попрощались и вышли из мастерской, но Василису, прикрывавшую дверь, отец Ника остановил:

— Я хочу, чтобы ты знала… Мы с твоим отцом давно враждуем и этого никак не изменить. И все же тебе я всегда рад. Ты смелая, умная и добрая девочка. Оставайся такой как можно дольше.

— Я ею и осталась, господин Лазарев. — поблагодарила Василиса. — Большое вам спасибо за приют.

— Пожалуйста. — улыбнулся Лазарев. — Я верю в тебя.

Василиса кивнула, попрощалась еще раз и вновь присоединилась к друзьям, после этих слов чувствуя себя немного озадаченной.

— Почему это? — не понял Лазарев.

— Была просто чутка в шоке, вот и всё. — пожала плечами Василиса.

— Глава не закончилась. — улыбнулась Маришка.

— Так продолжай, милая. — потребовал Марк.

*

Внутри Голубиная башня выглядела очень запущенной — здесь давно никто не жил. Окна, стены и всю мебель в комнате затянуло древней паутиной, везде было очень грязно, виднелись следы голубиного помета и валялось много старого мусора самого разного вида — обрывки бумаги, ржавые железки, опилки, битое стекло и даже птичьи кости. Не выдержав, Василиса чихнула и тут же подняла вокруг себя облако сероватой пыли.

— Будь здорова! — произнесли все.

— Спасибо. — поблагодарила Василиса.

Сама башня состояла из двух комнат. В нижней находился небольшой, сильно закопченный камин с кучей золы, низкий стол из дубовых досок и несколько деревянных табуреток. Верхняя комната оказалась спальней — там стояли две кровати, а между ними на стене висело овальное зеркало в покореженной от времени кованой раме из завитушек. Вместо потолка здесь шло перекрестие из тонких деревянных балок, сквозь которые был виден внутренний конус башенной крыши. Между собой комнаты соединялись узкой и шаткой лестницей с высокими перилами — ее деревянные ступени ужасно скрипели при ходьбе. На чердачное окно верхней комнаты действительно прилетали голуби — белые, серые и даже черные, с ярко-красными глазами — таких Василиса еще никогда не видела.

— Я когда на Эфларе их заметил, то вообще удивился, что они бывают такого цвета. — признался Рознев.

— Ты же осталец. — хмыкнул Марк.

— Это да.

Из всех предметов в башне девочке понравились настоящие деревянные часы в виде домика с дверцей и кукушкой. На цепочках маятника висели гири-шишки. К сожалению, часы не работали, но Ник сказал, что попросит отца как-нибудь их починить.

Ник помогал им вовсю: выносил огромные пакеты с мусором, сам вычистил камин и разжег в нем огонь, принес одеяла и постельное белье. Девочки тоже времени даром не теряли: Василиса занялась уборкой спальни, где больше всего «постарались» голуби, а Захарра очистила стены и вымыла пол в гостиной, — снизу то и дело были слышны ее препирательства с Ником.

— Опять двадцать пять. — улыбнулась Диана.

— Ну вот так вот мы. — пожал плечами Ник.