Для меня поиски этой двери были делом всей жизни. Очень рано я заметила, что люди, принадлежащие к разным культурам, неодинаково видят реальность — то, что есть на самом деле. Так же рано у меня развилось чувство страстного сочувствия к людям. Когда я была совсем маленькой, мир вокруг меня, казавшийся таким уютным и безопасным, разбился вдребезги. Это произошло, когда нацисты оккупировали Австрию. Я видела, как уволокли моего отца. Когда же матери чудом удалось вызволить отца из гестапо, мои родители и я спаслись бегством.

Почему мы охотимся друг за другом и преследуем друг друга? Почему наша жизнь переполнена чудовищной бесчеловечностью мужчин по отношению к мужчинам — и к женщинам? Как могут люди быть столь жестокими к себе подобным? Что постоянно склоняет нас к жестокости, а не к доброте, к войне, а не к миру, к разрушению, а не к созиданию?

Из всех форм жизни на этой планете только мы умеем сеять и собирать урожай, сочинять стихи и музыку, искать справедливости и истины, учить ребенка читать и писать — и даже смеяться и плакать. В силу нашей уникальной возможности воображать новые реальности и воплощать их в жизнь посредством все более совершенных технологий мы в буквальном смысле соучаствуем в нашей собственной эволюции. И, однако, это уникальное существо, сейчас, похоже, стремится к тому, чтобы положить конец не только собственному развитию, но и вообще жизни на земном шаре, угрожая планете экологической катастрофой или ядерным уничтожением.

Время шло. Я продолжала свои профессиональные занятия, стала матерью. Постепенно все мои занятия, все мои публикации сосредоточились на исследовании будущего. Мои представления, расширялись и углублялись. Подобно многим людям, я пришла к убеждению, что мы стремительно приближаемся к перекрестку на дороге эволюции и что никогда прежде наш выбор дальнейшего пути не был столь жизненно важным. Но какую дорогу нам следует выбрать?

Социалисты и коммунисты утверждают, что причина всех наших бед и проблем — капитализм; капиталисты настаивают на том, что социализм и коммунизм ведут нас к гибели. Некоторые объясняют наши трудности выбранной нами «индустриальной парадигмой», считают, что во всем виновато наше «научное мировоззрение». Другие вешают всех собак на гуманизм, феминизм, секуляризм, настаивают на необходимости вернуться к «добрым старым временам» менее развитых, более простых, более религиозных эпох.

Однако, если мы посмотрим на самих себя — что мы вынуждены делать у телевизора или во время мрачного ежедневного ритуала просмотра газет за завтраком, — то увидим, что капиталистические, социалистические и коммунистические страны в равной степени соревнуются в гонке вооружений и всех прочих безумиях, которые угрожают как нам самим, так и окружающей нас среде. А если мы взглянем на наше прошлое — на бойни, которые были обычным делом для гуннов, римлян, викингов и ассирийцев, на чудовищную резню, которую несли с собой христианские крестовые походы или инквизиция, — то увидим, что в древних, донаучных, доиндустриальных обществах насилия и несправедливости было еще больше.

Раз идти назад — это не выход, то как нам двигаться вперед? Много всего понаписано о Новой Эре, о радикальных и не имеющих себе равных переменах. Но, говоря конкретно, что все это значит? Переход от чего к чему имеется в виду? В отношении нашей повседневной жизни и нашей культурной эволюции что конкретно изменится, или хотя бы может измениться, в будущем? Является ли переход от системы, порождающей хронические войны, социальную несправедливость, экологическую нестабильность к системе, где царит мир, социальная справедливость и экологическое равновесие, реальной возможностью? И самое важное, какие изменения в социальной структуре могут сделать такую трансформацию возможной?

Поиск ответов на эти вопросы заставил меня иначе взглянуть на наше прошлое, настоящее и будущее, что и явилось основанием этой книги. «Чаша и Клинок» лишь отчасти представляет этот новый подход к изучению человеческого общества, который отличается от большинства исследований тем, что принимается во внимание вся человеческая история (включая доисторические времена) и все человечество (как мужскую, так и женскую его половины).

Сплетая воедино свидетельства искусства, археологии, религии, социальных наук, истории и многих других областей знания и создавая из — них новую картину, в которую наилучшим образом укладываются все доступные факты, «Чаша и Клинок» по-новому рассказывает историю наших культурных истоков. Она показывает, что война вообще и в частности «война полов» не есть результат божественного или биологического предопределения. И в ней содержатся доказательства того, что лучшее будущее все-таки возможно — и имеет надежные предпосылки в тех драматических событиях, которые составляют наше прошлое.

Человеческие возможности: две альтернативы