Читаем Час зверя полностью

«Нет! — решила Нэн. — Нет!»

Корнелия-стрит здесь, совсем рядом. Прямо за углом.

Восемь часов. Восемь часов.

Она барахталась, отчаянно пытаясь прорваться сквозь людское море. Толпа не выпускала. С каждым шагом ее сносило все дальше, к центру города, прочь от Корнелия-стрит, прочь от Оливера.

— Дайте пройти! Пожалуйста, дайте пройти! — услышала она собственный крик.

Все хохотали. Все люди вокруг хохотали. Трубили в картонные трубы, ревела музыка — высокий, пронзительный голос Нэн растворился в грохоте карнавала.

— Пожалуйста, — чуть не плача повторила она.

Собрав последние силы, девушка снова надавила плечом, раздвигая плотную людскую массу. Попыталась протиснуться, проскользнуть в щели между людскими телами. Ничего не получалось. Она могла двигаться лишь вместе со всеми, шаг за шагом. Вытянув шею, Нэнси попыталась рассмотреть, куда она попала. От этого движения по всему позвоночнику расползлись ледяные щупальца боли, в глазах помутилось, и все же, словно отдельными вспышками, поверх плеч, между людских голов, Нэнси различала участников процессии, она видела тарад на Шестой авеню. Демоны, удерживаемые на поднятых руках, скакали над толпой, андрогины с безумными очами скользили мимо, развевались длинные шелковые капюшоны, вращали бедрами заправские танцоры, клоуны взметали к ночному небу фонтанчики конфетти. Зомби неторопливо заворачивали за угол, опираясь на вывихнутые члены, пугая попадавшихся на их пути детей.

Нэнси следила за парадом, чувствуя, как пересыхает во рту, как поднимается муть в желудке. Повсюду, посреди тварей, вовлеченных в неистовую пляску, в каждой точке — и в начале, и в конце, и в середине улицы — Нэнси различала крепких парней в форменной одежде с бледными, невыразительными лицами, сильными руками, сосредоточенным взглядом.

Копы.

Они патрулировали по краям толпы. Пристально наблюдали из-под черных форменных козырьков. Всматривались во все визжащие, брызжущие смехом физиономии, которые проносились мимо них.

«Господи, сколько тут копов!» — испугалась Нэн. Дремота, головокружение волнами накатывали на нее, колени подгибались. Если она ринется туда, к карнавальной процессии, заметят ли они ее? Узнают ли? Неужели все они, все до одного, охотятся только за ней?

Нэнси повернула вправо, вновь напряженно выгибая шею, пытаясь рассмотреть дальний тротуар.

Там тоже полиция. Выстроились в ряд, точно заграждение, плечом к плечу. Полускрыты в тени, но полицейского всегда узнаешь по фигуре. Ошибиться невозможно.

Нэнси громко всхлипнула. Вцепилась рукой себе в волосы, пытаясь хоть что-то придумать. Оливер, Оливер. Упал навзничь, челюсть отвисла, печальные глаза слепо уставились в пустоту.

Восемь часов! Восемь часов!

Сдаваясь, девушка погрузилась в бурный поток. Шаг за шагом ее уносило прочь.

Наконец толпа достигла поворота, и Нэнси поволокло за угол. Выбросило на улицу, и тут, посреди двух тротуаров, Толпа немного проредилась.

Не размышляя, Нэнси рванулась из людского потока, расталкивая локтями тех, кто ей мешал, протискиваясь в редкие щели, едва успевая переводить дыхание.

Выбилась из толпы в соседний переулок. Попала в бурный круговорот: люди спешили кто на площадь, кто оттуда. Кто-то сильно толкнул Нэнси в плечо — она отшатнулась. Выпрямилась. Постояла, согнувшись, пряча голову, бросая вокруг украдкой взгляды, точно загнанное животное.

Копы. Вон их двое. На южной стороне, прислонились к ограде. Следят за ней, аж глаза выскакивают. Задыхаясь, Нэнси повернулась к ним спиной. Со стороны переулка, пробиваясь через поредевшую толпу, прямо на нее надвигался еще один полицейский.

Нэнси осталась стоять на месте, подталкиваемая со всех сторон прохожими. Коп из переулка подходил все ближе. Те двое у ограды сблизили головы, что-то бормоча сквозь стиснутые губы. Все, все гонятся за ней.

Крик торговца перекрыл шум толпы:

— Маски! Электромигающие маски! Покупайте — карнавал!

Нэнси рванулась на голос, колени почти не гнулись. На углу переулка, у выхода на площадь стоял человек-пантера, полосы на его черной куртке блестели даже в тени здания. Он размахивал масками, подняв их высоко над головой. По краям домино, мигая И вспыхивая, бежали зеленые, желтые и красные огоньки.

— Покупайте карнавальные маски! — вопил человек-пантера.

Нэнси, с трудом переводя дыхание, выбралась из толпы к продавцу масок. Едва подойдя к нему, она начала шарить в кармане, выгребая все уцелевшие у нее деньги.

— Держите! — Ей пришлось кричать: мимо как раз проходил очередной духовой оркестр, «Похоронный марш Марионетки» обрушился на Нэнси, едва не оглушив ее.

Человек-пантера выхватил у нее купюры, протянув взамен маску с огоньками. Нэнси надела ее на лицо и затянула на затылке тесемки.

Укрывшись маской, она вновь обернулась к толпе.

Полисмен, шедший по краю улицы, миновал ее. Он прокладывал себе путь через толпу в сторону площади, зеваки уже почти заслонили его. Копы, стоявшие у ограды, тоже отвели взгляды от Нэнси.