Читаем Чародеи полностью

– Я думаю, мы договоримся, – сказал он, широким жестом приглашая Керамара вернуться в дом.

* * *

Дэвид разместил старика в комнате по соседству со своей. О найме Керамара принцесса узнала вечером. Поступок Дэвида слегка ее удивил, но когда он объяснил свои мотивы, она целиком одобрила его решение.

– Ты прав: моему отряду совсем не помешает хороший инструктор. Скажи Жангасу, пусть включит его в список тех, кому мы платим жалование…

– Ничего твоему казначею я говорить не буду, – нахмурился Дэвид. – Это мой личный инструктор. Мой личный «домашний маг». Для отряда, если хочешь, давай наймем кого–нибудь еще.

– Как хочешь, – безразлично сказала Идэль. – Впрочем, это не горит…

Следующим утром их ждала очередная поездка во дворец и переговоры с очередной высокопоставленной персоной; во второй половине дня, по возвращении в особняк, Идэль подготовила портал для перехода в подземелье. Систематизировать полученную от чтецов информацию она собиралась там, внизу, по необходимости – непосредственно обращаясь к нужным документам. В качестве сопровождения она взяла с собой только Дэвида. Пока она копалась в архивах, он от нечего делать, занялся поиском тайников, начав свое исследование с библиотеки и кабинета. Провозился несколько часов. Тайников не обнаружилось, но было множество интересных книг и странных предметов, которые очень хотелось изучить поподробнее. Чтобы не скучать, Дэвид решил послушать музыку.

В Хеллаэне – а значит, и в сателлитных мирах, имеющих связь с метрополией, – для записи и воспроизведения звуков использовались специальные музыкальные кристаллы, йтаодеары . Они могли быть разного размера, хотя большинство потребителей предпочитало иметь дело с кристаллами не больше дюйма в диаметре – при наличии хорошей коллекции более крупные кристаллы занимали бы слишком много места. Это была традиционная форма записи, всем привычная, хотя может быть, и не всегда удобная. Конечно, можно было воспользоваться голым заклятьем, по команде проигрывающим нужную мелодию – в этом случае носитель вообще бы не занимал места – но, во–первых, кристаллы воспроизводили музыку лучше. Разница – почти неуловимая, такая же, как между живой игрой и самой совершенной записью. Во–вторых, хотя кристаллы и не являлись живыми музыкантами, они были больше, чем просто механизмы для воспроизведения звуков. Иногда они проигрывали музыку чуть иначе, чем обычно; бывало и так, что одна и та же мелодия один раз звучала радостно, а другой раз – грустно. Еще в Академии Дэвид слышал разные мнения на этот счет: скептики утверждали, что дело не в кристаллах, а в слушателях: лишь исключительно от их настроения зависит то, как будет воспринята музыка. Романтики утверждали, что кристаллы способны передавать настроение. Дэвид слышал и такую точку зрения, которая гласила, что в музыкальных кристаллах есть артистизм, но нет артиста; есть чувство, но нет чувствующего; есть творческая способность, но нет творящего. Правда это или нет – неизвестно, но факт состоял в том, что музыкальный кристалл оказывал на слушателя такое же сильное впечатление, как живой артистичный исполнитель, в то время как простое заклятье записи оставалось всего лишь записью и не более того.

Свои музыкальные кристаллы Севегал хранил внутри панелей с выемками; панели помещались на стене, закрывая друг друга, при необходимости их можно было легко отодвинуть. Дэвид выбрал запись наугад, попутно отметив, что большинство кристаллов снабжено дополнительными заклятьями, построенными на базе Света. С таким он уже сталкивался раньше: некоторые люди предпочитали не просто слушать, но еще и наблюдать какие–нибудь световые эффекты во время прослушивания – это усиливало впечатление. Дэвид к таким любителям не относился, и заклятье, генерирующее иллюзии, заблаговременно отключил. Он активировал кристалл и продолжил осмотр комнаты. Тягучие, душераздирающие звуки начали складываться в тоскливую заунывную мелодию. Дэвид поменял кристалл. Несколько легкомысленных песенок, аккомпанемент – слегка напоминает земной блюз. Уже лучше.

Кристалл мог генерировать музыку определенного типа часами, но Дэвиду захотелось разнообразия гораздо раньше. Он выбрал новый камень, гадая, что же будет на нем. Он был готов услышать что угодно – кроме того, что зазвучало.

Это вообще оказалась не музыка. Два голоса, ведущих степенную беседу. Дэвид хотел было поменять кристалл, но в последний момент остановился. Разговор шел о политике в отношении семьи ита–Мелайн – одного из младших домов, подчиненных клану Гэал. До Брендома начало доходить, что он тут нашел…