В тот день с самого утра зарядил нешуточный дождь, и цивильные люди в парк не поехали. Поэтому аттракционы, к которым в обычное время нужно было выстаивать очередь в полтора часа, на этот раз были совершенно пустынными. Только русские студенты и некоторые смелые американские пионеры под проливным дождем бегали от одной американской горке к другой и катались на каждой по десятку раз. И хоть все промокли насквозь, но удовольствие получили огромное. Во второй половине дня дождь уже прекратился, но народу не прибавилось — все сидели по домам, оставив парк в наше полное распоряжение. А к вечеру веселую, возбужденную от аттракционов толпу детей снова загнали в автобусы и повезли в обратном направлении. Иммунитет у американских детей оказался стойким — кажется, никто после этого не подхватил воспаление легких и даже не простудился.

Другим знаменательным событием стал родительский день. Он в американском лагере проходит по-другому, чем в России. У нас словосочетание «родительский день» обозначает обычно маму, которая приезжает к своему сыну, сидит с ним минут двадцать у речки и оставляет гостинцев: бабушкиных пирожков, конфет и бутылку газированной воды «Колокольчик». Но в Америке посещение родителей проходит с гораздо большим размахом.

Утром по единственной дороге, соединяющей нас с цивилизованным миром, в лагерь начинают заезжать машины. Несколько сотен автомобилей ползут друг за другом и заполняют постепенно футбольное поле, которое по такому случаю превращают в огромную парковку. Зрелище незабываемое — когда роскошные машины, одна за другой медленно едут по узкой дорожке. «Доджи», «БМВ», «Мерседесы» и другие автомобили, один другого круче. Я не знаток по этой части, но другие русские ребята утверждали, что в этой процессии не было машины дешевле тридцати тысяч долларов. Так что в «Лохикане» отдыхали дети явно не бедных американцев.

Ну а потом лагерь наводнили родители. Тут, конечно, о бабушкиных пирожках и воде «Колокольчик» можно было позабыть. Мне запомнилась такая картина: отец семейства несет в одной руке огромную коробку чипсов, а в другой — мини-холодильник, наполненный всякими съедобностями. Дети показывают родителям лагерь, знакомят со своими вожатыми. На улице длинный стол превращается в выставку достижений народного хозяйства: родители могут посмотреть на те корзины, глиняные горшки и картины, которые создали их дети за время пребывания в лагере. Там же на улице мы накрываем столы для родителей. Обед длится несколько часов, после которых люди, стоящие на раздаче, валятся с ног от усталости. Лагерь на день превращается в суматошный и шумный дурдом, но вечером, слава богу, все родители постепенно разъезжаются, ужин проходит в нормальном режиме, а назавтра все снова возвращается в привычное русло.

Так и проходили дни в нашем лагере. И, несмотря на множество отличий, атмосфера «Лохикана» напоминала старый советский фильм «Добро пожаловать или посторонним вход воспрещен» — настолько реалии наших пионерлагерей соответствуют американским. Хоть этот пенсильванский лагерь находится в другой стране, где живут другие люди и где существует другая культура, он очень похож на российские лагеря: те же шумные дети, те же веселые вожатые, добродушные повара и врачи и следящее за порядком начальство. А вдобавок к этому: чистый горный воздух, леса, озера — одним словом, все условия для приятного отдыха. Будучи ребенком, я бы не отказался провести лето в таком чудном месте.

Глава 13. Про американскую провинцию.

В своих заметках я, как правило, описывал американские мегаполисы: Чикаго, Сан-Франциско, Лос-Анджелес. Именно в них сосредоточена экономика страны: там бурлит жизнь, там делается бизнес и политика, там создаются культура и искусство. Поэтому большие города — с населением больше полумиллиона человек — были главными пунктами моего путешествия. Но вместе с тем за время работы в лагере, да и после неё, я успел познакомиться с другой Америкой — Америкой маленьких городов и поселений. Ильф и Петров, поездив в тридцатых годах по этой стране, написали по итогам путешествия книгу «Одноэтажная Америка», памятуя о том, что её основу составляют маленькие города, где нет небоскребов, а все живут в одно— и двухэтажных домах.

Можно долго изучать большие города с их небоскребами, метрополитенами, мостами и площадями — они и правда достойны восхищения и удивления. Но американские мегаполисы, при всем их своеобразии, во многом похожи на российские большие города (прежде всего Москву и Санкт-Петербург) — быстрым темпом жизни, сочетанием нищеты и богатства, блеском одних районов и запустением других, недоброжелательным отношением людей друг к другу. Все это встречается у нас, и США в этом плане не преподносит любознательному путешественнику ничего нового. Но вот американская провинция так сильно отличается от российской, что ей стоит посвятить несколько отдельных страниц.