Читаем Camp America полностью

И что-то в этом роде. Гитариста сменили вожатые, которые покричали имена и названия своих отрядов — а дети, состоящие в них, дружно откликались. После этого на сцену вышел один из представителей лагерного начальства и рассказал историю. Помню я её плохо, да и английский на тот момент знал довольно слабо, но постараюсь своими словами передать общий её смысл:

— У папы с мамой был сын. Рос он умным и добрым мальчиком, учился хорошо, всегда слушался своих родителей. Была у него только одна странность: на каждый свой день рожденья он просил покупать ему мячики для пинг-понга. Он попросил об этом родителей, когда ему исполнилось пять лет, шесть лет и так далее. К окончанию школы он попросил подарить ему коробку с мячиками для пинг-понга. Но, наконец, он повзрослел, поумнел и в честь поступления в колледж попросил подарить ему машину, — рассказчик сделал паузу, — наполненную мячиками для пинг-понга, — смех среди слушателей, — И так повторялось несколько раз. Он окончил колледж, начал с отцом совместный бизнес, который принес им много-много денег. И только одно оставалось неизменным — на каждый значительный повод или праздник он просил дарить ему мячики для пинг-понга. Ему исполнилось тридцать лет, когда случилось несчастье — он заболел смертельно опасной болезнью. Дни его были сочтены. И когда родители, со слезами на глазах спросили, что он хочет перед смертью, он ответил: «Подарите мне грузовик, наполненный мячиками для пинг-понга», — опять смех в зале, интерес к истории все больше возрос. — Родители выполнили его просьбу. И вот как-то раз он ехал на этом грузовике по одинокой пустынной дороге. И неожиданно выехал на встречную полосу и столкнулся с автомобилем. Его грузовик перевернулся, все мячики для пинг-понга выкатились на дорогу. И вот он лежал среди этих мячиков, весь в крови и ждал скорой смерти. Приехали родители, которые увидели, что произошло с их сыном. И тогда отец, не выдержав, склонился к сыну, и спросил: «Сынок, ты скоро умрешь. Пожалуйста, не мучь нас, скажи — зачем тебе нужны были мячики для пинг-понга?», — слушатели напряглись, с нетерпением ожидая развязки. — Их сын глубоко вдохнул, собрал последние силы и ответил: «Я… кхе-кхе… просил вас… купить мне эти мячики, — человек говорил уже охрипшим голосом, — затем, чтобы…», — долгая пауза и рассказчик трагическим голосом объявил: — И он умер.

Секунду стояла тишина, потом все, и мы в том числе, покатились со смеху. Одну такую историю я слышал и раньше, это рассказ из серии «поиздевайся над слушателем, но так, чтобы он с удовольствием это принял». Что и произошло в данном случае.

Кроме лагерных костров, случались другие запоминающиеся мероприятия. Большим событием в жизни лагеря стало празднования Дня Независимости — 4 июля. Утром в главный американский праздник у нас в столовой на музыкальном центре крутили какие-то патриотические песни — а дети, сидя за столами, хором подпевали. Все, даже некоторые русские, поддавшиеся общему порыву, носили футболки, шляпы, даже наклейки со звездно-полосатыми флагами. Правда, если дети относились к этому серьезно, то вожатые — с некоторой долей иронии. Я поздравил одного из них с Днем Независимости, встретив утром в столовой. Он в ответ кисло улыбнулся и сказал, что не в восторге от этого праздника, уж больно он пафосный. А вечером на окраине «Лохикана» устроили фейерверк. Рассыпающиеся в небе огни, громовые раскаты и треск были видны и слышны во всей округе. А за холмами мерцали вспышки другого фейерверка — видимо, из соседнего лагеря.

Еще детей и тех работников лагеря, кто хотел к ним присоединиться, два раза возили в парки развлечений. Как-то утром всех «пионеров» тщательно пересчитали и по отрядам загрузили в автобусы. Процессия из одного-двух десятков автобусов добралась до хайвея, и, выехав на него, гордо двинулась в сторону Аллентауна — города на юге Пенсильвании. На окраине Аллентауна располагался парк развлечений под названием «Dorney-Park»: американские горки, карусели и еще множество аттракционов, поднимающих уровень адреналина в крови до предела. Особенно крутым показался огромный столб высотой с небольшой небоскреб, к которому была приделана передвижная панель с креслами. Люди садились в эти кресла, их тщательно закрепляли, чтобы они ненароком не вывалились, и поднимали на высоту двадцатиэтажного дома. Затем панель с дрожащими от ужаса и восторга людьми несколько секунд падала вниз, как при свободном падении, но потом, после срабатывания какой-то пружины, ехала наверх, чтобы затем снова упасть. Так повторялось несколько раз, пока панель с креслами окончательно не опускалась на землю. Аттракцион, прямо скажем, не для слабонервных.