Как выяснилось позже, мы не учли одного важного фактора: образ жизни и градус накала, связанные с этой работой и этим человеком, оказались невыносимыми для моей психики. Я провела несколько месяцев в психиатрической клинике, год на медикаментах и психотерапии и сделала из этого опыта два важных вывода: во-первых, я больше не работаю с актёрами и близкими мне людьми; во-вторых, попытки заниматься чем-то, что не приносит мне радости и ощущения полноты жизни, приводит к рецидиву и ещё месяцу в клинике.

Поэтому последние полтора года я читаю лекции об искусстве и веду блог на «Яндекс. Дзене». Как оказалось, театр – бонус интересный, но необязательный: на моих лекциях люди получают не только истории, но и переполняющие их эмоции и всё так же год спустя радуются тому, как много они до сих пор помнят, и привозят мне из музеев книги.

Постепенно я закрыла все окна в травматичное прошлое, осталось только одно – тексты в жанре «зримого слова». Они грустно лежали в «облаке» и время от времени попадались на глаза, робко напоминая о себе: неужели ты нас забыла? Я не забыла. Мой любимый друг и учитель Пауль Клее писал о картинах: «Я не успеваю за своими детьми, они рвутся на свободу». Тексты тоже рвались на свободу, да так усиленно, что воплотились в книге, которую вы держите в руках. Эту книгу нельзя в полном смысле назвать нон-фикшеном. Если вы любите художественную литературу и театр, а нехудожественной литературы опасаетесь (ведь сколько раз засыпали на третьей странице!), эта книга вас порадует. Она построена почти так же, как «живая лекция».

Для начала вы можете выбрать любого из десяти героев, навигатор в конце каждой главы приведёт вас к кому-то ещё. У героя нет имени, только номер. Он сам расскажет вам о себе, и к концу его монолога вы, может быть, догадаетесь, кто он. А возможно, чудо узнавания случится с первых строк, и тогда вы будете слушать рассказ не таинственного живописца, а старого друга. Если вам покажется, что его история далека от правды, загляните в источники: каждый текст имеет свою документальную основу. Захочется подробностей – пройдите по QR-кодам: они ведут к дополнительным статьям на «Яндекс. Дзене».

После знакомства, когда маска сброшена, следует относительно личная для меня история о художнике: с каждым из них меня что-то связывает, каждый из них – друг, возлюбленный, учитель, опора и поддержка, каждый жив и реален не меньше, чем мои облечённые в плоть друзья.

Затем следуют рассказы о двух картинах героя главы. В книге, как и на лекциях, я стремлюсь познакомить вас с не самыми затасканными и примелькавшимися работами; вы не найдёте здесь «Подсолнухов» Ван Гога, «Крика» Мунка или «Поцелуя» Климта. Вы наверняка в той или иной степени знакомы с героями этой книги, и моя цель – не провести вас в очередной раз по знакомым тегам, а расширить и углубить ваши представления о художниках.

Наконец, завершает главу ответ на вопрос «Как стать ближе?». Не знаю, как для вас, а для меня этот вопрос особенно актуален. Возможно ли соприкоснуться с душой художника, чьи картины поднимают ураган в груди? Оживить и очеловечить забронзовевшего гения? Прорастить, продлить прочитанное в собственной жизни, а не оставлять на страницах книги?

В моей семье есть хорошее правило: книги, которые читаешь, фильмы, которые смотришь, – всё надо связывать со своим личным здесь и сейчас. Я стремлюсь к тому же в этой книге и именно этому правилу посвящаю ответы на заданный вопрос «Как стать ближе?».

Приятного вам путешествия!

Первый герой

Здравствуйте, доктор! Ну и удивили вы меня, назначив встречу в поезде! Понимаю, понимаю, что у вас плотный график. Как вы и просили, я принёс свежие наброски[1]. Вот, взгляните. Лаура бесстыдно позирует, демонстрирует упругие бёдра и змеиную линию талии. О, а вот Магда. Она свернулась кренделёчком и спит, её сорочка задралась до груди и будто нарочно зовёт меня бросить работу и впиться в её естество губами. А это Лея. Как видите, она молится. Чулки сползли до колен. Она ещё не успела одеться после того, как мы с ней… А здесь у нас Амелия. Вы бы видели эту чертовку! Она дразнит меня, проскальзывает в своё лоно пальчиками и будто бы не обращает на меня никакого внимания… Когда я войду в неё, она будет уже дурманяще влажной. Понимаете? Она якобы делает приятно себе и не думает ни о чём другом, но на самом деле это всё для меня, это всё с мыслью обо мне, о том, что спустя мгновенье я буду уже в…

Кхм, простите. Я увлёкся. Мы создаём красоту в уродливое время, доктор. Мы пробуждаем эту красоту. Обнажаем её. Ну да кому я рассказываю! Вы лучше меня знаете, что венское общество насквозь двулично и фальшиво. Все поголовно изменяют жёнам, но тайком. Женщины играют роль благовоспитанных куколок. Сыграть на фортепиано? – Пожалуйста! Прочитать стихи? – Всегда готова! Секс? – Ой, даже слова такого не знаю! Чувственность предназначается только для мужа, только тогда, когда он этого хочет, так, как он этого хочет…