Читаем Буря в бокале полностью

Женщина довольно заулыбалась, быстренько справившись с тарой, затем извинившись, сославшись на крайнюю занятость, отказалась выпить с честной компанией, упорхнув прочь, словно её ветром сдуло. Полные бёдра завиляли с удивительной грацией никак не вяжущей с совсем не походившей внешностью на юных фрейлин королевы, чем заслужила дополнительные вдохи доброй половины собравшихся здесь мужчин. Тем временем болтающийся на люстре Огуль натянул свой короткий лук, и шкодливо улыбаясь, прицелился в тощего молодого человека, что сидел через стол от ратников, ковыряясь ложкой в глубокой миске, будто что-то там разыскивал, что давно потерял. Траектория полёта любви-стрелы была выбрана правильно. Но в самый кульминационный момент, вмешался его старший брат Случай. Вместо того чтобы сразить молодого человека в самое сердце, и одарить неожиданной любовью, она угодила прямо в пышный зад спешащей Милашке, которая так не кстати вмешалась в дела огульные резко взяв курс к столику напротив, тем самым попав под траекторию полёта стрелы. Женщина резко остановилась и быстро-быстро растеряно заморгала, как будто ничего не видя вокруг себя. На прямом высоком лбу обильно проступили капли пота. Она дёрнулась, вновь зажмурилась, словно увидела что-то жуткое, слегка покачала в стороны головой и резко распахнула ошарашенные глаза. Сквозь радужную, украшенную розовыми сердечками пелену, ей открылся светлый образ привлекательного молодого мужчины, что скучал в одиночестве за столом возле кухни, терпеливо ожидал пока дойдёт очередь обслужить его. Её большое трепещущиеся, как парус на ветру сердце, зашлось в сладостной истоме. Филейная часть, а вместе с ней и все прочие присоединились к нему покоренные этим мужественным рыцарем. Она счастливо заулыбалась, не сводя с Фреда восторженного взгляда. Насыпавший этим временем в миску овёс Кранчик, отчего-то вдруг поскользнулся и выронил из рук мешочек, рассыпав содержимое по полу. Ругаясь, он принялся собирать зерна, ползая на карачках под мутным взглядом развалившегося на стоге сена конюха.

– Чем изволит подчиваться достославный синор.– Не сказала – пропела Милашка, обдав горячим, как зной ветер пустыни дыханием наёмника.

– Жарковья, паштет с чесноком, хлеб и бокал скрутиловки.– Перечислил быстро наёмник, не удосужившись даже заглянуть в меню, впрочем, его всё ровно на столе не было.

– Это всё? – проворковала она, медовым голосом томно разглаживая цветной фартук, демонстрируя две большие округлости.

– Пока всё,– сглотнул Фред, чувствую на себе её, просто-таки давящее обаяние.– Может быть, потом что-нибудь понадобиться,– выдавил он, опустив глаза не в силах выдержать столь пристального внимания к себе.

– Хорошо. Только кликните…

Она одарила его томным взглядом и, вертя задом, медленно скрылась на кухне.

От Нойса не укрылись откровенно недовольные, завистливые взгляды ратников, бросаемые на него, когда Милашка принимала заказ. Бородач что-то тихо буркнул себе под нос, сверля его недобрым взглядом, затем смачно сплюнув на новёхонький дощатый пол, одним махом осушил кружку и шумно рыгнул. От чего сидящий по соседству молодой человек поперхнулся супом и, покраснев, сконфуженно закашлялся. Вызвав целую серию смешков ратников. Специалист по сугубо деликатным вопросам готов был поспорить, что эта четвёрка промышляла вовсе не ратными делами, и ехала на свадьбу совсем не для того, чтобы предложить охранные услуги богачам. Их промысел лежал в несколько иных сферах. Грабителей он не уважал, считая их методы слишком примитивными и грубыми, а их самих туповатыми и недалёкими людьми не желавших проявить хотя бы маленькую толику смекалки и сообразительности. Предпочитая остроте ума, остроту клинка.

Фред недолго скучал, ожидая заказ свой. Через достаточно короткий промежуток времени Милашка вновь выпорхнула из своего «царства» ополонников и кастрюль с подносом в натруженных руках, заставленным аппетитной свежеприготовленной стряпнёй. Ещё больше разрумянившись, она подплыла словно барка к причалу к столу, и невзначай коснувшись плеча наёмника своей необъятной грудью, принялась, неспешно расставлять тарелки шумно дыша ему в затылок. Закатанные рукава сорочки являли собой яркий образчик красоты и как ни странно силы. Такие руки могли с лёгкостью порхать над столом, так и при необходимости рубить тяжёлым колуном поленья.

– Приятного аппетита, синор…– промурлыкала она напоследок, буквально пожирая взглядом молодого человека.

– Спасибо, – только и смог промямлить в ответ Нойс уткнувшись носом в тарелку. Чувствуя себя откровенно смущённо от столь пристального внимания к своей персоне. «Интересно, чтобы сказал Кранчик на такие демонстративные заигрывания с незнакомым мужчиной собственной жены?» ещё подумал он, но всё же не став развивать эту тему, так как очень был голоден.