Читаем Буря полностью

С напряженным от волнения лицом отец поднял его. Когда они посмотрели на меня, я отвернулся. Я прождал минут пять, не меньше, прежде чем Мелвин пришел за мной и мы в полной тишине направились в смотровую. Вряд ли они могли открыть мне все свои секреты, но даже если бы я получил немного информации, эта затея оправдала бы себя.

Я сидел на кушетке и наблюдал за тем, как доктор рассматривает снимки моего мозга на большом плоском мониторе компьютера.

— Что-то не так? Я видел вас за стеклом.

Мелвин повернулся ко мне и натянуто улыбнулся:

— Ничего серьезного. Ни опухоли, ни гематомы.

— Тогда почему вы так взволнованны? — поинтересовался я.

Отец сначала расхаживал по комнате, а потом остановился и посмотрел на снимки.

— Мы не совсем уверены, в чем проблема.

Мелвин надел мне на руку манжету прибора для измерения давления и вставил в уши стетоскоп.

— У тебя низкое давление и обезвоживание.

— И поэтому вы так растерялись? — Мне очень нужно было получить ответы на все вопросы — мои и Адама, но сейчас они явно пытались обмануть меня.

Доктор Мелвин убрал стетоскоп в карман халата и посмотрел на отца, который едва заметно кивнул.

— Мне нужно задать тебе несколько вопросов, прежде чем я смогу поставить диагноз.

— Хорошо, — согласился я, немного подумав.

Мелвин показал в правый угол первого снимка.

— Вот эта зона была активна во время сканирования, что свидетельствует о том, что… возможно…

— Что? — спросил я, ухватившись за его слова.

— Ну, это необычно и может объяснить некоторые твои симптомы.

Как, например, то, что я попал в прошлое на два года назад и застрял в нем? Это считается медицинским симптомом?

— Это необычно и… отличается от других снимков моего мозга, которые вы делали?

— Да, — ответил отец.

— Может быть, причина в том, что я стал старше. — Даже… намного старше.

— Тебе когда-нибудь казалось, что ты… потерял память? — Я видел, что он очень осторожно подбирал последние два слова. — Не просыпался ли в каком-нибудь месте и не мог вспомнить, как там оказался?

— Да ладно, не пугайте меня.

— А как насчет зрительной памяти? Ты можешь дословно запоминать страницы из книг или, возможно, адреса, или карты? — спросил Мелвин.

— Я должен уметь это делать?

— С твоей генетикой такое возможно…

Отец громко закашлял.

— Извини, я имел в виду, что это возможно при активности этого участка мозга, — поправил сам себя Мелвин.

Хотелось бы сохранять полное спокойствие, чтобы осторожно подбирать слова, но сегодня это было невозможно.

— Что это за участок мозга? Не нужно считать меня полным идиотом, я ведь изучал анатомию и физиологию.

— Где? — одновременно спросили они.

О, боже! Это ведь было в колледже.

— Гм, это, скорее, был семинар. В течение одного дня… И, честно говоря, я оказался там, когда прогуливал тест по алгебре…

Отец повернулся и внимательно посмотрел на меня. Его лицо выглядело напряженным.

— Послушай, Джексон, — вдруг сказал он, — ты приемный ребенок. Как и Кортни, но это и так очевидно. Я никогда не рассказывал тебе об этом, но и повода серьезного не было. До сегодняшнего дня.

Мне было непросто изобразить потрясение. К тому же я практически не сомневался, что отец бросил эту бомбу, желая отвлечь меня после того, как Мелвин обмолвился о моей генетике. Он был большим специалистом по секретам и легко мог почувствовать, что я лгу. Поэтому я решил не притворяться, что я в шоке, а действовать по-другому:

— Гм… Да, пап… Я уже давно догадывался об этом.

— В самом деле? — удивился Мелвин.

— Ну… мы совсем не похожи и… — Я не мог больше ничего придумать, потому что другой вопрос занимал все мои мысли. — А история о том, что моя мать умерла в родах… это правда?

Отец покачал головой:

— Не совсем. Мне очень жаль, что я не рассказал тебе об этом.

Теперь мне казалось, что я сделал шаг назад. Ведь я уже был в курсе, что он мне не родной отец, а теперь еще выяснилось, что я знаю о своей матери гораздо меньше, чем думал.

Мелвин сел рядом со мной и обнял меня так, как будто я был маленьким ребенком, которого обидели. Мне даже показалось, что он вот-вот откроет ящик стола, достанет леденец и подарит его мне.

— Джексон, ты должен понять, что… у нас нет информации о состоянии здоровья твоих родственников. Как врач, при постановке диагноза я всегда принимаю во внимание медицинский анамнез членов семьи.

Он только что вслух подтвердил, что у меня нет настоящей семьи, а такое непросто услышать. Существовал ли на свете еще хотя бы один человек с такими же способностями, как у меня? Или я — нелепая ошибка природы? Мальчик, которого когда-то подобрали на обочине дороги.

— То есть… вы полагаете, что мозг кого-то из моих родственников проявлял такую же странную активность, как мой?

— Не в точности такую, как у тебя, но похожую.

К моему удивлению, отец забыл об осторожности и, бросив на Мелвина пронзительный взгляд, заявил:

— Нет, у него нет с ними ничего общего. Я уже многие годы твержу тебе это.