Читаем Буря полностью

Застегнув куртку, которую дал мне Адам, я побрел в сторону тротуара. Этот вечер перед Рождеством хорошо сохранился в моей памяти. В тот день выпало почти пятнадцать сантиметров снега. Я, Кортни и отец были дома. Поглядывая в окно на пролетающие снежинки, мы готовили подарки для гостей вечеринки, которую наши соседи устраивали в полночь. Впервые за шесть лет жизни я был так счастлив, ведь настоящий снегопад в канун Рождества невозможно купить ни за какие деньги. Возможно, потом Адам назовет меня легкомысленным, но мне было необходимо увидеть это снова. Еще раз пережить этот вечер, а потом я мог бы приступить к поиску медицинских карт. Хотя сегодняшние события тоже могли привести меня в нужное место.

Все вокруг сверкало белизной. Снег практически слепил глаза. Я шел через парк к бейсбольному полю. Мне пришлось подождать всего пятнадцать минут — и вот я увидел двух маленьких детей, укутанных настолько, что из-под одежды виднелись только их носы. Держась за руки отца, они куда-то тянули его. Отвернувшись, я прислонился спиной к ограждению поля, натянул пониже шапку и надел солнцезащитные очки. Вокруг стояло еще несколько человек, так что я не особо выделялся среди них.

— Джексон, может быть, начнешь с головы? — предложил отец.

Мне очень хотелось оглянуться на звук своего имени, но я продолжал смотреть вперед.

— Нет, сначала я попробую скатать низ. Он будет очень большим, — произнес маленький Джексон.

— Брат, ты никогда не слушаешь папу. Санта оставит тебя без подарков, — заметила Кортни, как обычно голосом всезнайки.

— В прошлом году он мне много всего принес!

— Пусть Джексон попробует, милая. Кто-то же должен и это сделать.

Через некоторое время я снова посмотрел в их сторону — дети лепили снеговика.

— Пусть у него будет три глаза, как у инопланетянина, — предложил мальчик.

— Еще чего! Ему нужен цилиндр! Он должен быть похож на человека с цилиндром на голове! — воспротивилась Кортни.

— Ну и ладно, тогда я сделаю своего снеговика.

Я услышал, как отец рассмеялся, но не стал настаивать, чтобы я делал так, как хотела Кортни.

— Папа, а почему бедным людям Санта приносит маленькие подарки? — спросила она.

— Тоже мне вопрос! Потому что у них маленькие дома! — заявил шестилетний я.

— Кортни, кто тебе это сказал? — поинтересовался отец.

— Сильвия.

Няня-пуэрториканка. Она присматривала за нами, когда отец уезжал из города.

— И что она сказала?

— Что на Рождество в ее семье Санта всегда приносил фрукты, потому что на другие подарки им не хватало денег, — объяснила Кортни.

Боковым зрением я увидел, что она повязывает свой шарф на снеговика.

— Сильвия из другой страны. Везде разные обычаи, — сказал отец.

— Я хочу отдать ей половину моих подарков, — объявила Кортни.

— Ага, можно подумать, ей очень нужен автомобиль для Барби, — заявил я. — Этой Сильвии ведь уже лет сто! Она даже на «Пауэр вилс»[4] не сможет ездить. Лучше я ей подарю что-нибудь свое.

— Если Санта принесет тебе не только уголь, — не унималась Кортни.

— А я не против. Из него можно делать алмазы, правда, пап?

— Именно так. И никто не обязан отдавать подарки. Мы можем что-то купить для Сильвии.

— Можно сфотографировать снеговика, чтобы ей показать? — спросил Джексон.

Голос прозвучал откуда-то издалека, и я знал, что должно случиться. Затаив дыхание, я ждал.

— Что ты там делаешь?

— Пытаюсь достать руки для снеговика.

Я резко развернулся, хотя и рисковал, что меня заметят. Я должен был это увидеть. Маленький Джексон карабкался по стволу дерева, стараясь дотянуться до большого сука над головой.

Отец со всех ног бросился к нему.

«Джексон! Не трогай!» — едва не крикнул я самому себе.

Шестилетний мальчик замер на нижней ветке, наблюдая, как сук у него над головой, который он только что тянул вниз, пытаясь оторвать от него часть, провисает под тяжестью огромной шапки снега.

Он уже летел вниз, когда отец нырнул вперед и одной рукой обхватил его за пояс, а другой попытался прикрыться от снега. Падая, Джексон вытянул вперед руку и сильно ударился о промерзшую, голую землю — огромное дерево прикрывало ее от снега. Я весь сжался и затаил дыхание. Даже издалека я услышал треск ломающейся кости. Или, возможно, я слишком хорошо помнил этот звук. И все же он был гораздо тише по сравнению с прозвучавшим следом криком Кортни. Она подбежала к упавшей ветке и остановилась над Джексоном, закрыв лицо ладонями.

— У него что-то с рукой!

В этот момент маленький мальчик осознал, что произошло, и расплакался.

— Дорогая, это всего лишь перелом, — объяснил отец его сестре и осторожно поднял Джексона с земли. Он подтянул рукав куртки, и тут его лицо окаменело.

Стоило Кортни увидеть торчащую из-под кожи кость, как она тут же отвернулась, и ее вырвало печеньем, полкило которого она съела чуть раньше.

— Я не хочу умирать, — услышал я собственный вопль. — Папа, пожалуйста, позвони доктору Мелвину.

— Нам нужно в больницу. С тобой все будет в порядке, обещаю, — сказал отец.

Я увидел, как отец поднес рукав ко рту и произнес:

— Эдвардс, где тебя носит, черт возьми!

Буквально через несколько секунд мимо меня пробежал мужчина.