— Очень хорошо, капитан, — ободрил его Тармонд, придвинул стул поближе к кровати Фроста и заговорил тихим, почти заговорщическим голосом. — Я не стану от вас ничего скрывать, вы сами прекрасно понимаете, с каким серьезным противником столкнулись на этот раз. Нам позарез необходима ваша помощь. Мисс Столмен работала над репортажем, из-за которого, по нашей версии, погиб тот журналист, который начал его писать. Мне приходится допускать, что сейчас и ваша невеста… мертва. Все свидетельствует о том, что убийцы являются частью хорошо организованной безжалостной преступной группировки. Мы подозреваем, что они — террористы. Невероятно, но вы столкнулись с ними и вышли живым из всех переплетов. Они не могли бы так упорно охотиться за вами, если бы вы не обладали какой-то важной информацией о преступниках, разглашения которой они боятся больше всего. Что это за информация — месторасположение их базы? Численность группировки? Конспиративная сеть? Будущие операции? Не знаю. Что бы это ни было, оно спрятано в вашем мозгу, и нам необходимо каким-то образом до него добраться. Вы должны вспомнить…

— Только не думайте, что я не пробовал это сделать. Сперва я даже не знал, кто я вообще такой. Проклятая амнезия! По-моему, потеря памяти связана не только с раной головы. Я еще испытал и сильный шок, когда увидел, как Бесс спасла меня ценой своей жизни от неминуемой смерти…

— Да, вы правы, такое нелегко бесследно пережить, — согласно кивнул инспектор. — Однако, вы же сами только что сказали, что сначала даже не знали, как вас зовут. А потом вспомнили. Значит, память возвращается! Это также значит, что если мы с вами хорошенько постараемся, то есть шанс вытащить на свет божий все секреты, которые упрятаны у вас там.

И он постучал себя пальцем по лбу.

— Я помню лишь Бесс и О’Хару, — ответил капитан. — И еще Монику, которая погибла из-за меня. Черт побери, я готов согласиться на то, чтобы мой череп вскрыли консервным ножом, лишь бы это помогло найти проклятых убийц!

— Вот и хорошо, — инспектор встал и кивнул Хэнку. — Я приеду завтра в девять утра и перевезу вас в другое место. Постарайтесь хорошенько отдохнуть. О безопасности не беспокойтесь — за дверью палаты круглосуточно дежурят два вооруженных охранника.

— Спасибо, инспектор, — усмехнулся ему Фрост. Тармонд вышел, а капитан устало опустился на подушку и закрыл глаз. Он устал.

Глава одиннадцатая

Хэнк вытер губы салфеткой и обратился к медсестре:

— Отличный ужин, давно я так не откушивал. Передайте мою благодарность шеф-повару. Здесь у вас всех пациентов так кормят?

Сестра, девушка лет двадцати с небольшим, одетая в халат, лишь улыбнулась:

— Конечно, нет. Такой ужин даже мне не часто приходится пробовать.

— Примите мои соболезнования, — вздохнул капитан, прислушиваясь к подозрительному урчанию в животе. — Только передайте повару, чтобы он в следующий раз не сильно усердствовал по части горошка, а то боюсь, что сегодня мне придется спать на потолке.

— Вы всегда такой шутник? — засмеялась медсестра, убирая поднос с пустыми тарелками. — Вам повезло не только с питанием. Не знаю, за какие заслуги, но вас определили в отдельную палату, а ведь обычно все больные лежат в многоместных.

Она вышла с подносом из палаты, но буквально через две минуты вернулась, толкая перед собой небольшую тележку. Она подкатила ее к кровати, нагнулась над удивленным Фростом и аккуратно сняла с него одеяло вместе с простыней.

— Эй, эй, — запротестовал тот, — что вы собираетесь со мной делать?

— Тише, больной, не возмущайтесь, — невозмутимо ответила та, потянулась к стоящему на тележке пластиковому тазику и достала оттуда губку, с которой капала вода.

— Это еще что такое? — с отвращением спросил Хэнк.

— Разве не видите — мочалка. Сейчас буду вас мыть. Девушка выжала губку над тазиком и наклонилась над Фростом.

— Снимите пижаму, пожалуйста.

— Надеюсь; хоть брюки не надо будет снимать? — спросил он, нехотя повинуясь.

— Зря надеетесь. Давайте быстрее, а то вода остынет. Хэнк продолжал ворчать, но сестра уже ловко начала обтирать все его тело, сверху донизу, до пояса.

— Не ворчите, вот увидите, вам понравится, — приговаривала она, успокаивая норовистого пациента. — Скажите, а можно мне спросить… не знаю, прилично ли это…

— Что — как я потерял глаз? — сразу понял ее капитан. — Вам правда хочется знать?

— Ну, если вас это не сильно расстроит. Я понимаю, печальные воспоминания… Наверное, я чересчур любопытна, старшая медсестра накажет меня, если узнает о моих расспросах!