Читаем Будут жить! полностью

Получая данные опытных разведчиков-наблюдателей капитана Арнаутова, гаубицы и реактивные установки останавливали, сжигали танки и самоходки фашистов, уничтожали и рассеивали вражескую пехоту.

Полк майора Баталова нес потери. В строй встали все бойцы тыловых подразделений. В рукопашной принимали участие и сам Баталов, и офицеры его штаба. Начальник штаба гвардии капитан К. Н. Антоненко в рукопашной и погиб, уничтожив двух гитлеровских офицеров и пять солдат...

К ночи на 26 сентября начали переправу через Днепр сразу в нескольких местах 222-й и 224-й стрелковые полки дивизии. Сколько ни старались саперы, переправочных средств не хватало. Самые выносливые солдаты и офицеры бросались через реку вплавь, другие пускали в дело все, чем сумели запастись: доски, двери, створки ворот.

Ночная тьма скрывала реку от глаз вражеских наблюдателей, лодки, плотики и пловцы преодолевали водную преграду на большом пространстве и на разных участках. Однако настороженный противник вел столь сильный артиллерийский и минометный огонь, что не все лодки, плотики и пловцы добрались до западного берега. Зато достигшие его с ходу шли в атаку, оттесняли гитлеровцев, накапливались среди валунов, в прибрежных оврагах, отбивали нападение противника и, собравшись с силами, сами атаковали в направлении Бородаевки центральной и Бородаевки восточной.

Противник в ту ночь усиливал и усиливал атаки. Росло число наших раненых. Попечение о них легло на санитарный взвод 1-го батальона 224-го стрелкового полка гвардии лейтенанта медицинской службы В. И. Быковского.

На западный берег Виктор Иванович, его санинструкторы и санитары перебрались со стрелковыми подразделениями. Батальонный медпункт развернули сначала на берегу. Потом пошли со стрелками на штурм Бородаевки восточной, сами орудовали автоматами, гранатами.

Быковский ворвался в дом, где засели фашистские офицеры, огнем из автомата уложил троих, а двоих взял в плен. Гранатами он уничтожил расчет станкового пулемета врага.

Днем удалось обнаружить в селе здание с большим каменным подвалом. Сюда начали сносить раненых. Во второй половине дня в район батальонного медпункта прорвались танк и около роты фашистов.

Санинструкторы и раненые, способные держать оружие, покинули подвал, заняли оборону, открыли огонь. Санинструктор Николай Кокорин один перебил восемь фашистов. А в критическую минуту Виктор Иванович Быковский, поднявшись, в контратаку, увлек за собой медицинский персонал.

И гитлеровцы отступили.

К утру 26 сентября стрелковые полки дивизии завершили переправу на западный берег Днепра. Перебрался туда и штаб дивизии. Теперь, используя наш успех, начали переправу части 81-й и 73-й гвардейских стрелковых дивизий. Частью сил 81-я уничтожила противника на острове Бородаевский западный, а 73-я очистила от врага большую часть острова Глинск-Бородаевский.

По приказу командующего Степным фронтом генерала армии И. С. Конева в тот же день к Днепру прибыли механизированные понтонные батальоны и, поставив дымовые завесы, начали спуск на воду понтонов. Это позволило с наступлением темноты переправить на расширенный "Бородаевский плацдарм" артиллерию дивизии.

В тот день, 26 сентября, величайшую отвагу, величайшее мужество проявила санинструктор 2-го батальона 222-го гвардейского стрелкового полка восемнадцатилетняя Тоня Чичина. Она переправилась через Днепр с головной ротой батальона. Шла к Бородаевке восточной в цепях роты. Вынесла за день с поля боя и доставила на медпункт 15 раненых. Дважды помогала Тоня командиру батальона капитану В. И. Сагайде, залегшему за пулемет, набивать ленты, отбивать атаки гитлеровцев. Спасла жизнь командиру роты автоматчиков полка, вытащив его, тяжело раненного, из-под огня.

Случилось в ходе боя так - от правды не уйдешь, - что, увидев появившиеся танки и самоходки врага, солдаты одной из рот стали отходить.

- Смотри, - зло воскликнул Сагайда. - Скисли!

Тоня, находясь в соседнем окопчике, слышала слова командира. Солдаты, отбегая, приближались к НП батальона... За ними - немцы...

Сбросив сумку, схватив автомат, Тоня выскочила под осколки и пули, бросилась навстречу отступавшим, влепила пощечину первому попавшемуся под руку и одна пошла на фашистов.

Мужчины растерянно остановились, потом повернули и, побежав за Тоней, смяли гитлеровцев.

В тяжелейших боях части дивизии совместно с частями 81-й и 73-й стрелковых дивизий расширили в тот день плацдарм и продвинулись от берега -на 3-4 километра.

Глава двадцать шестая.

"Бородаевский плацдарм"

В ночь на 27 сентября майор Хроменков передал через связного приказ прибыть к пяти утра в район наведенного через Днепр пешеходного мостика: командование артполка, его штаб и полковой медпункт переходят на правый берег.

У Днепра, вблизи мостика, мы с Кязумовым, Таней Коневой и Широких были чуть раньше указанного срока. Но и сам Хроменков, и Чередниченко, и другие работники штаба прибыли загодя.

Перейти на страницу:

Похожие книги

Адмирал Советского флота
Адмирал Советского флота

Николай Герасимович Кузнецов – адмирал Флота Советского Союза, один из тех, кому мы обязаны победой в Великой Отечественной войне. В 1939 г., по личному указанию Сталина, 34-летний Кузнецов был назначен народным комиссаром ВМФ СССР. Во время войны он входил в Ставку Верховного Главнокомандования, оперативно и энергично руководил флотом. За свои выдающиеся заслуги Н.Г. Кузнецов получил высшее воинское звание на флоте и стал Героем Советского Союза.После окончания войны судьба Н.Г. Кузнецова складывалась непросто – резкий и принципиальный характер адмирала приводил к конфликтам с высшим руководством страны. В 1947 г. он даже был снят с должности и понижен в звании, но затем восстановлен приказом И.В. Сталина. Однако уже во времена правления Н. Хрущева несгибаемый адмирал был уволен в отставку с унизительной формулировкой «без права работать во флоте».В своей книге Н.Г. Кузнецов показывает события Великой Отечественной войны от первого ее дня до окончательного разгрома гитлеровской Германии и поражения милитаристской Японии. Оборона Ханко, Либавы, Таллина, Одессы, Севастополя, Москвы, Ленинграда, Сталинграда, крупнейшие операции флотов на Севере, Балтике и Черном море – все это есть в книге легендарного советского адмирала. Кроме того, он вспоминает о своих встречах с высшими государственными, партийными и военными руководителями СССР, рассказывает о методах и стиле работы И.В. Сталина, Г.К. Жукова и многих других известных деятелей своего времени.

Николай Герасимович Кузнецов

Биографии и Мемуары
Браки совершаются на небесах
Браки совершаются на небесах

— Прошу прощения, — он коротко козырнул. — Это моя обязанность — составить рапорт по факту инцидента и обращения… хм… пассажира. Не исключено, что вы сломали ему нос.— А ничего, что он лапал меня за грудь?! — фыркнула девушка. Марк почувствовал легкий укол совести. Нет, если так, то это и в самом деле никуда не годится. С другой стороны, ломать за такое нос… А, может, он и не сломан вовсе…— Я уверен, компетентные люди во всем разберутся.— Удачи компетентным людям, — она гордо вскинула голову. — И вам удачи, командир. Чао.Марк какое-то время смотрел, как она удаляется по коридору. Походочка, у нее, конечно… профессиональная.Книга о том, как красавец-пилот добивался любви успешной топ-модели. Хотя на самом деле не об этом.

Елена Арсеньева , Дарья Волкова , Лариса Райт

Биографии и Мемуары / Современные любовные романы / Проза / Историческая проза / Малые литературные формы прозы: рассказы, эссе, новеллы, феерия
Аплодисменты
Аплодисменты

Кого Людмила Гурченко считала самым главным человеком в своей жизни? Что помогло Людмиле Марковне справиться с ударами судьбы? Какие работы великая актриса считала в своей карьере самыми знаковыми? О чем Людмила Гурченко сожалела? И кого так и не смогла простить?Людмила Гурченко – легенда, культовая актриса советского и российского кино и театра, муза известнейших режиссеров. В книге «Аплодисменты» Людмила Марковна предельно откровенно рассказывает о ключевых этапах и моментах собственной биографии.Семья, дружба, любовь и, конечно, творчество – великая актриса уделяет внимание всем граням своей насыщенной событиями жизни. Здесь звучит живая речь женщины, которая, выйдя из кадра или спустившись со сцены, рассказывает о том, как складывалась ее личная и творческая судьба, каким непростым был ее путь к славе и какую цену пришлось заплатить за успех. Детство в оккупированном Харькове, первые шаги к актерской карьере, первая любовь и первое разочарование, интриги, последовавшие за славой, и искреннее восхищение талантом коллег по творческому цеху – обо всем этом великая актриса написала со свойственными ей прямотой и эмоциональностью.

Людмила Марковна Гурченко

Биографии и Мемуары