Читаем Будь моей, малышка полностью

Ему надо было решительно оттолкнуть ее, но вместо этого Люк, не имея возможности противостоять чему-то неведомому, бывшему сильнее его, приоткрыл рот, и язык Джози мгновенно проник внутрь. Окончательно теряя голову, Люк ответил на поцелуй, потом подтащил девушку к кухонному столу и, не глядя, смахнул с него посуду. Чашки полетели на пол, но какое это имело сейчас значение? Уложив Джози на стол, Люк всем телом налег на нее, а она, тихонько засмеявшись, с готовностью раздвинула ноги.

Бью не сиделось на месте. Пытаясь заглушить чувство голода, он метался по отелю, исследуя те помещения, в которых еще не успел побывать. По пути он наткнулся на какую-то старуху. Запах от подноса, который она несла, притягивал его как магнит, и он нехотя поплелся за ней. В конце концов он все же заставил себя остановиться, тем более что старуха направлялась к покоям Хэйнесов, а приглашения отужинать с ними ему ожидать явно не приходилось.

Сглотнув слюну, он повернулся и направился к лестнице, а затем, перепрыгивая через ступеньки, поднялся на второй этаж и, немного помедлив у номера Джульетты, решительно постучал.

В ответ не раздалось ни звука. Бью постучал снова. Опять молчание. И все же что-то подсказало ему, что Джульетта совсем рядом.

– Что вам надо, Бьюрегард? – раздался наконец ее голос из-за двери.

– Открывай! – потребовал Бью, нетерпеливо барабаня пальцами по дубовой двери.

– Не думаю, что это будет правильным решением.

– Слушай, Бутончик, не заставляй меня применять силу.

Так. Сейчас она позвонит недоноску Пфефферу и заявит, что детектив Дюпре сошел с ума. Тогда ему придется как можно быстрее уносить ноги.

Бью уже начал оглядываться, чтобы наметить пути для отступления, как вдруг ключ в замке повернулся, и через секунду дверь открылась.

Джульетта с бесстрастным видом стояла на пороге: она даже не пригласила его войти. На ней была та же золотисто-коричневая штуковина, что и раньше, и хотя девушка плотно запахнула ее, придерживая рукой у горла, тонкая материя почти не скрывала пленительных изгибов ее тела. Ноги Джульетты были босы. Интересно, подумал Бью, под этим халатом у нее, должно быть, тоже ничего нет?

Неожиданно он поймал себя на страстном желании схватить ее за пышные локоны, оттянуть назад голову и добраться до прелестной тонкой шейки, чтобы потом…

Бью громко закашлялся.

– Накинь на себя что-нибудь, Бутончик, мы идем перекусить.

Сержант мог поклясться, что глаза его подопечной радостно вспыхнули. Она еще выше вздернула свой очаровательный носик.

– В нашем отеле прекрасная кухня.

– Да, вот только я до сих пор не знаю, как ее отыскать. Если там найдется что-нибудь вкусное, вроде кукурузных хлопьев…

– Понятия не имею, есть ли они там…

– Значит, мы отправляемся в город, потому что я намерен позавтракать…

– В одиннадцать вечера?

– …а завтрак немыслим без кукурузных хлопьев и картофельных чипсов. Давай-ка, одевайся поскорее. Даю на сборы десять минут, а не то поведу прямо в этой… хламиде. Я голоден, а это опасно.

– Вы вечно голодны, сержант, – прямо не человек, а какая-то ненасытная утроба!

Бью усмехнулся:

– Если верить моим милым сестрицам, так оно и есть. – Он посмотрел на часы. – У тебя осталось еще девять минут и тридцать секунд…

Не произнося больше ни слова, Джульетта повернулась и быстро прошла в спальню. Только теперь Бью смог войти внутрь. Он принялся расхаживать по гостиной, рассматривая раскиданные тут и там предметы женского туалета: судя по всему, особым пристрастием к порядку хозяйка отеля не страдала, что весьма не вязалось с ее всегда опрятной внешностью и подтянутым видом. Правда, сегодня ему уже несколько раз удалось увидеть ее с распущенными волосами. Что ж, и то повезло…

Бью нетерпеливо взглянул на часы, чертыхнулся и, подойдя к спальне, громко постучал. Не получив ответа, он открыл дверь…

Джульетта сидела на маленьком пуфике, и на ней был все тот же золотистый балахон. Бью открыл было рот, собираясь как можно решительнее заявить свое неудовольствие, и вдруг замер.

Неужели эта гордячка плачет?

Он осторожно подошел ближе. Слез на лице Джульетты ему заметить не удалось, однако девушка дрожала так, будто в спальне была минусовая температура. Аккуратно сдвинув колени, она обхватила себя обеими руками и раскачивалась из стороны в сторону, словно маятник.

– Эй! – Бью опустился перед ней на колени. – В чем дело? Что-то случилось?

– Он еще спрашивает! – дрожащим голосом воскликнула Джульетта. – В меня сегодня стреляли, Бьюрегард. Понимаете: в меня стре-ля-ли!

– Тихо, тихо, милая, успокойся. – Бью взял ее за руку и отвел обратно в гостиную. Устроившись в широком кресле, он посадил Джульетту к себя на колени. – Неужели ты все время думала только об этом?

– Я очень старалась забыть… но не смогла. – Джульетта опустила голову на его плечо. – Почему кто-то хочет меня убить? Я никому не причинила зла.