Читаем Брудершафт с Терминатором полностью

— У меня другие планы, — ответил он серьезно. — Мне не нравится твое настроение и твои дурацкие мысли на мой счет.

— Алеша…

— Дай мне закончить. Так вот, мне не нравятся твои дурацкие мысли, мне не нравится, что ты изводишь себя всей этой чушью о своей вине в смерти мужа и прочее в том же духе. Вместо того чтобы любить меня и радоваться, что все пока идет просто отлично, ты доводишь себя до истерик… Короче, я решил тебя немного просветить. Займемся расследованием, дорогая? Терпеть не могу этого слова… — хохотнул он. — Конечно, ты все время им занималась. По-дурацки и здорово рискуя. Лучше, если я тебе помогу. По крайней мере, буду за тебя спокоен.

— Ты хочешь сказать… — облизнув губы, начала я.

— Ты жаждешь знать правду, так почему бы не заняться ее выяснением прямо сейчас?

— Выяснением?

— А ты ждешь от меня откровений? Я не ясновидящий, — отрезал он, но тут же опять улыбнулся. — Все, что я знал, я уже тебе рассказал.

— О Парфенове тоже?

— Что Парфенов? Нормальный мужик. Твой благоверный был ему костью в горле. Сейчас я пытаюсь с ним договориться.

— Это он убил Анатолия, ты ведь знаешь, что он?

— Я не исключаю такой возможности. Помнится, ты обращалась в частное агентство. Как звали того придурка?

— Он вовсе не придурок.

— Извини. Так как его звали?

— Опряткин Валерий Константинович.

— Что он сделал полезного за твои деньги?

— Ничего, — пожала я плечами.

— Совсем ничего?

— Мы договорились, что я позвоню, но после всего, что случилось…

— Он тоже не звонил? — Нет.

— Занятно. Надо бы навестить этого дядю и узнать, как идут дела.

— Почему бы не позвонить?

— Хочу взглянуть на него. Так, сегодня мы частные детективы. Ты быстренько пьешь кофе, съедаешь завтрак, и не морщь свой хорошенький носик, мне не нужен помощник, который еле таскает ноги. — Он поднял меня и наградил шлепком. — Полчаса на сборы.

Это было первое утро за последние два месяца, когда я взирала на мир с оптимизмом. Я верила, что Сашка в безопасности, я верила, что Алексей действительно хочет помочь мне, я плохо представляла, как мы будем искать убийцу, но не это было главное. Главное, я вдруг поверила, что самая страшная полоса в моей жизни позади. Что, если Алексей прав и мои муки просто комплекс вины перед мужем, и я напридумывала, что виновата в его смерти? И все остальное тоже напридумывала? Да, я изменила ему, да, я живу с другим мужчиной, не дождавшись положенного срока. Конечно, я виновата, но перед Анатолием своей вины мне уже не загладить, так есть ли смысл мучить себя?

Я решила, что нет, и, взбодренная этими мыслями, постояла под душем, выпила кофе, позавтракала и удостоилась улыбки Алексея.

— Сегодня ты мне нравишься гораздо больше, — заявил он.

— Думаю, Опряткина следует предупредить о нашем визите, — заметила я.

— Мы будем приятным сюрпризом.

— А если его не окажется на месте?

— Это будет неприятным сюрпризом для нас. Поехали.

Опряткина мы застали в его кабинете. Увидев меня, он сначала нахмурился, а когда следом вошел Алексей, вдруг испугался. Впрочем, мой спутник умел производить на людей впечатление.

— Здравствуйте, — первым поздоровался Валерий Константинович.

— Знакомьтесь, пожалуйста, это мой друг, — сказала я и, не дожидаясь приглашения, устроилась на стуле. Мужчины представились и пожали друг другу руки.

— Ангелина Петровна, — изобразив приличествующую случаю мину, начал Опряткин, — я знаю о постигшем вас горе. Об этом писали газеты… В общем, я решил, что вам сейчас… как бы это выразиться… не до расследований, одним словом.

— Напротив, сейчас мне как никогда интересно узнать, кто мои друзья.

— Что ж, готов ознакомить вас с результатами проверки. Финансовое состояние господина Казанцева Максима, Васильевича стабильно. Ни долгов, ни каких-либо денежных затруднений. Словом, ничего интересного. Что касается гибели его подруги… тут кое-что есть… Например, накануне они поссорились, чему имеются свидетели. Разговаривали на повышенных тонах, и она даже обозвала его «подонком». Конечно, за оскорбления сейчас не вызывают на дуэль, извините за шутку, но данный факт мог бы навести на какие-то мысли. Однако мне известно, что официальная версия гибели его сожительницы — несчастный случай. Или она вас не устраивает?

— Вполне, — заговорил Алексей. — Я хотел бы взглянуть на бумаги.

— Бумаги? — не понял Опряткин.

— Да. На основании чего вы сделали вывод о финансовом положении Казанцева?

— Ах, вот вы что имеете в виду. Это конфиденциальная информация.

— По-моему, вам хорошо платят…

— Я вовсе не это имел в виду. Люди, которые сделали для меня работу…

— Вы им поверили на слово? — удивился Алексей. — Я правильно понял?

— Эти люди заслуживают всяческого доверия.

Но если вы считаете, что моя работа… я готов вернуть деньги.

— Что вы, мы в восторге от вашей работы, — заверил Алексей. — Идем, дорогая. Всего доброго, — сказал он, покидая кабинет.

— Я ничего не поняла, — честно заявила я, когда мы оказались в машине.

— Очень занятный дядя, — усмехнулся Алексей. — Любопытно, что он там нарыл, не то, что сказал нам, а что действительно узнал.

— Ты думаешь…