Читаем Брудершафт с Терминатором полностью

— Где Сашка? — спросила я, язык не слушался, он казался огромным, я попробовала облизнуть губы, Олег сразу же протянул мне стаканчик с водой, помог напиться. Когда голова моя оказалась на подушке, он вновь заговорил:

— С Сашей все хорошо. Ее вернули твоему мужу.

— Это правда? — с надеждой спросила я.

— Конечно. Ты же знаешь, я не стал бы тебя обманывать. Тут все здорово перепугались, когда ты слегла. А это значит, что ты нужна им живой и здоровой. Понимаешь?

— Да… кажется. Они отпустят меня?

— Конечно. Уверен. С чего бы им тогда беспокоиться о твоем здоровье? Как ты себя чувствуешь? — немного понаблюдав за мной, спросил он.

— Нормально. Если ты сказал правду…

— Я сказал правду.

— Только бы это было так, — прошептала я. — Сашка с отцом, и ей ничего не грозит.

— Она с отцом, успокойся. Хочешь, приготовлю тебе чаю? Тебе обязательно надо поесть.

— Нет, спасибо…

— Послушай меня. Я хочу, чтобы Сашенька увидела тебя такой, как обычно: очень красивой, улыбающейся, а не такой, как сейчас, с запавшими щеками и глазами красного цвета.

— Должно быть, выгляжу ужасно, — слабо улыбнулась я.

— Для меня ты всегда красива, но если ты мне немного поможешь, например, для начала выпьешь бульон, то через три дня от твоей болезни и следов не останется.

— Хорошо, — согласилась я и выпила бульон, не чувствуя его вкуса.

— Отлично, — похвалил Олег. — У меня для тебя еще одна хорошая новость. Я буду дежурить шестнадцать часов. Славка понадобился в другом месте, а я вызвался трудиться за двоих.

— Спасибо тебе, — кивнула я.

— Не благодари. Я сам рад. Если б меня спросили, я охотно согласился бы дежурить все двадцать четыре часа. Когда я дома, думаю только о том, что поеду сюда, и тороплю время. Оно, как назло, идет медленно, а здесь проходит слишком быстро. Теперь мы будем расставаться лишь на восемь часов… Может, подложить еще одну подушку? Будет удобнее.

— Нет, спасибо. Так хорошо.

Мы выпили чаю, и я опять уснула. Проснувшись, я почувствовала себя вполне выздоровевшей и даже решила принять душ. Я расчесывала волосы, сидя на лавке, а Олег наблюдал за мной. Иногда он вдруг становился молчаливым, и это меня беспокоило. Но такое случалось редко. В основном мы болтали о всяких пустяках, старательно избегая запретных тем. Неожиданно он спросил:

— Ты его любишь?

— Кого? — растерялась я, не сразу сообразив, что он имеет в виду.

— Мужа. Ты очень его любишь?

— Да… конечно, — ответил а я неуверенно, потому что испугалась: он не должен был спрашивать, это одна из запретных тем.

— Как он выглядит?

— Выглядит? Обыкновенно, то есть я считаю, что он очень красив, у него лучшая в мире улыбка и… Извини. Ты ведь не это хотел услышать?

— А ведь он прав, — сказал Олег с горечью. — Конечно, прав.

— Кто прав?

— Алексей. Когда все кончится и ты окажешься со своим мужем, ты даже и не вспомнишь обо мне.

— Что нам мешает быть друзьями? — неуверенно предложила я.

— Друзьями, — хохотнул он. — Не смеши. Друзьями… Ты и думать обо мне забудешь.

— Не правда, — повысила я голос.

— Нет, ты не забудешь… Конечно, нет… — Голос его изменился, и теперь в нем слышалась злость. — Возможно, даже в гости пригласишь, чтобы я полюбовался вашим счастьем. Это будет просто здорово… В самом деле здорово, ты, я и твой муж… — Он засмеялся, глядя на меня.

Я поежилась от этого взгляда и от этого смеха и спросила:

— Ты поэтому не хочешь мне помочь?

Он тут же перестал смеяться и переспросил:

— Помочь? Смыться отсюда? Конечно, я должен тебе помочь, чтобы ты могла вернуться к своему мужу. И я больше никогда не увижу тебя…

— Но ведь это не может продолжаться долго? — сглотнув, спросила я. — Не будут же они вечно держать меня здесь?

— Почему бы и нет? — улыбнулся он, и я вдруг подумала, что он спятил. — Я бы не возражал. Так, по крайней мере, я могу видеть тебя каждый день.

— Это ведь тюрьма для меня, — сказала я тихо. Впечатление, что он неожиданно спятил, только усилилось. — Нет, гораздо хуже тюрьмы, там, по крайней мере, знаешь, за что сидишь и когда отпустят. Олег, пожалуйста, помоги мне, — всхлипнула я. — Я знаю, что не имею права просить тебя об этом… Мне бы только позвонить мужу, убедиться, что Сашка дома.

— Она дома, клянусь. Я сам видел, как се передали твоему мужу.

— Ты говоришь правду? — нахмурилась я. — Ты видел моего мужа?

— Не пытайся меня подловить. Я видел, как девочку забрал мужчина, и я знаю, что забрать ее должен был твой муж. Этого достаточно? Слушай, почему мы говорим о твоем муже? Почему бы нам не поговорить о нас с тобой?

Он подошел и взял меня за руку. Я попыталась освободить ее, но он рывком поднял меня и теперь держал за локти, я попробовала отстраниться, но мешала лавка.

— Олег, — пробормотала я испуганно.