Читаем Броненосец полностью

— Сомнительно, очень сомнительно. Ну ладно, если все-таки тебе придется надеть черный галстук, запомни: никаких воротничков на отлете; повяжешь обычный галстук-бабочку, пусть черный, но без примеси других цветов; никаких дурацких вельветовых тапочек, никаких шелковых кушаков, никаких оборок и жабо, никаких черных носков, никаких носовых платков, выглядывающих из кармашка. Бархатный пиджак можно. A-а, знаю, — сказал он и неожиданно улыбнулся, обнажив крупные гнилые зубы, — можешь надеть килт. Отличная идея. Шотландка в черную клетку. Идеально, Лоример, лучше не придумаешь.

— А кортик?

— Ни в коем случае.

— А чем черные носки провинились?

— Черные носки носят только дворецкие и шоферы.

— Ты гений, Иван. А что ты думаешь о кармашках для часов? Я бы не прочь такой завести.

— Джентльмен не станет носить кармашек для часов — это страшное жеманство. Если тебе физически неприятно носить часы на руке, просто положи их в обычный карман. Куда разумнее, уж поверь.

— Хорошо, — согласился Лоример. — Ну, перейдем к шлему. — Он выложил три поляроидных снимка — собственную коллекцию шлемов, — и вручил Ивану листок, где говорилось об их происхождении. Иван бегло взглянул и возвратил снимки.

— Бургонет и барбут меня не интересуют, а вот этот парнишка выглядит неплохо. За него могу дать пять тысяч. Или, ладно, семь тысяч за все три.

— Идет. — Лоример даже извлекал прибыль из такой сделки, но это его не интересовало: он никогда не покупал шлемы ради прибыли. — Они у меня с собой, в машине.

— Выпиши мне чек на тринадцать тысяч — и он твой, — сказал Иван. Потом дотянулся до стола, где стоял на постаменте древнегреческий шлем, и поставил его прямо перед Лоримером. — Я едва покрываю свои расходы.

Лоример раздумывал.

— Я могу выписать чек, но тебе придется немного повременить с обналичиванием. Мне светит одна приличная премия, но ее пока не выплатили. — Иван с любовью посмотрел на него. Лоример знал, что тот вполне искренен: и не только потому, что Лоример постоянный покупатель. Иван наслаждался своей ролью этакого consigliere[16] и универсального источника знаний обо всем, что касалось портновских тайн и этикета. Подобно многим англичанам, он совершенно не заботился о еде и питье (в любое время дня ему вполне годились джин-тоник, сэндвич и банан на закуску), но в вопросах светских таинств Лоример доверял ему как настоящему оракулу, Ивану же весьма льстила, вдобавок забавляя, роль советника. На таких отношениях положительно сказывалось и то, что Лоример никогда не оспаривал ни единого мнения или утверждения, высказанного Иваном.

— Я заверну его тебе, и можешь забирать, — предложил Иван, а потом повернулся и закричал наверх: — Петронелла! Шампанского, дорогая, — мы заключили сделку. Принеси-ка «Круг».