Подполковник Щукин, как человек, уже успевший стать своим для императора Николая I, подсказал своему коллеге линию поведения. Было решено, что для более успешного ведения дел следует задействовать и Александра Павловича Шумилина. Щукин посоветовал Гаврилову по прибытии в Петербург откровенно переговорить с ним и разработать совместный план ведения межвременных переговоров.

Ну, а Сергеев-младший, не вникая во все эти тонкие материи, просто мечтал поскорее увидеть милую Адини. Он скучал по этой полудевочке-полуженщине, такой милой, нежной и трогательно-беззащитной. Судя по всему, в Петербурге произошли какие-то положительные подвижки, о чем ему было передано по рации, впрочем, не уточняя подробности. Также Николаю сообщили, что, скорее всего, среди прочих, на пирсе в Ораниенбауме его будет встречать и Адини. От этого известия сердце у него забилось часто-часто, а дыхание неожиданно перехватило от радости и нежности.

Шхуна «Ласточка» миновала устье Нарвы и, следуя вдоль берега Финского залива, приближалась к Ораниенбауму. Вскоре на горизонте появился Кронштадт. Взяв чуть правее, Попов направился к пристани Рамбова – так моряки называли Ораниенбаум. На причале, у входа в Морской канал, ведущий к воротам Большого, или Меншиковского, дворца, стояла группа людей. Подполковник Щукин поднес к глазам мощный бинокль. Он увидел высокую фигуру царя, приникшую к отцу Адини и знакомые лица Шумилина и Сергеева-старшего.

Надежда нетерпеливо выхватила у отца бинокль и начала искать среди встречающих Дмитрия Соколова. Найдя его, она радостно воскликнула и, сорвав с шеи косынку, стала размахивать ею у себя над головой.

Увидев среди стоящих на причале императора, Попов немного оробел и срывающимся от волнения голосом приказал команде спустить паруса и приготовиться к высадке пассажиров на берег и выгрузке их багажа.

– Спасибо, Степан Михайлович, – сказал на прощанье Щукин, пожимая руку владельцу «Ласточки», – вы очень выручили нас. Думаю, что государь по достоинству оценит все ваши старания, и я снова увижусь с вами в самое ближайшее время. Помяните мое слово…

Вот мы и дома!

«Ласточка» медленно и осторожно – «на цыпочках», как сказал Щукин – подошла к причалу. Несколько дворцовых слуг – из числа кронштадтских моряков, обслуживающих пристань Большого дворца – ловко поймали бросательные концы и стали заводить швартовы на чугунные кнехты. На шхуне выбросили за борт сплетенные из пенькового троса кранцы. Еще пара минут, и она пришвартовалась к причалу, а на берег был опущен трап.

Первым на пристань шагнул Олег Щукин. Улыбаясь, он подошел к императору и, приложив руку к морской шапочке – подарку Степана Попова – приготовился доложить царю об успешном окончании трудного и опасного задания. Но Николай жестом остановил подполковника и, подойдя к нему, крепко обнял за плечи.

– Олег Михайлович, – император был взволнован и с трудом подбирал слова, – если бы вы знали – сколько седых волос появилось у меня за время вашего отсутствия. Я уже был не рад, что разрешил вам отправиться в это рискованное путешествие. Но вот я снова вижу вас, живого и здорового. И все ваши спутники – тоже прибыли в Россию в полной целости и сохранности.

Николай еще раз обнял Щукина, а потом расцеловал его.

«Ну, прямо, как “дорогой Леонид Ильич”, – в голове Олега мелькнула шальная мысль. – Если он сейчас начнет здесь, прямо на причале, ордена раздавать, то я, ей – богу, не выдержу и рассмеюсь».

Но до орденов дело не дошло, хотя император и намекнул, что все участники лондонского вояжа будут щедро ими награждены.

Так же тепло Николай приветствовал лейтенанта Невельского и Вадима Шумилина. Надежде Щукиной царь галантно поцеловал ручку и непроизвольно подкрутил усы. Старого ловеласа, пожалуй, могла исправить только могила. Наблюдавший за всем этим майор Соколов едва заметно поморщился.

Император пожал руку Сергееву-младшему, внимательно взглянув в глаза своему будущему зятю. Похоже, что некоторые сомнения, которые бродили еще в голове самодержца, уже рассеялись. Он по-отечески похлопал своего тезку по плечу и сказал, указав ему рукой в сторону встречающих:

– Ступай-ступай, тебя там уже ждут…

Правда, царь не сказал – кто именно ждет, но это было ясно и без слов – нарядно одетая Адини просто сияла от счастья и с большим трудом сдерживала себя, чтобы не захлопать в ладоши и при всех не броситься на шею своему любимому Николя.

Тем временем Щукин познакомил императора с подполковником Гавриловым. Правда, о нем Николай уже кое-что слышал от графа Бенкендорфа. Царь с любопытством посмотрел на человека, посланного из далекого будущего, несомненно, кем-то из высокого руководства. Тепло поприветствовав нового человека «оттуда», Николай решил при первой же возможности поговорить с Гавриловым тет-а-тет.