Читаем Британский вояж полностью

Сидевший на пустом бочонке казак вскочил с места и схватился за свою чудо-нагайку, увидев незнакомых людей. Щукин успокоил его:

– Свои, Никифор, свои. Это лекари, которые посмотрят – что стряслось с этим мистером. Ты выйди, тут и так тесно. Пусть люди работают без помех.

Пока врачи осматривали Уркварта, задавая ему вопросы о самочувствии по-английски, тот особого беспокойства не проявлял. Видимо, поняв, что влип – причем влип капитально – он, похоже, уже смирился со своей участью и внешне ничем не проявил удивления от неожиданного визита незнакомых ему людей.

Но когда высокий и плотный Морозов поставил рядом с шотландцем чемоданчик, достал из него портативный электрокардиограф и начал расстегивать жилет и рубашку на груди Уркварта, чтобы приладить электроды, пациент задергался и оказал сопротивление.

– Будьте вы прокляты, русские варвары! – заорал он. – Что за новую жестокую пытку вы придумали! Лучше убейте меня сразу – я все равно вам ничего не скажу!

– Успокойтесь, мистер Уркварт, – Щукин попытался утихомирить разбушевавшегося шотландца. – Вам никто ничего плохого не собирается делать. Наши врачи сейчас осмотрят вас с помощью этого прибора и установят – что у вас с сердцем. Им надо это для того, чтобы точно знать – как вас лечить.

Уркварт перестал дергаться и с изумлением наблюдал за тем, как из прибора жужжа выползает лента с ЭКГ. Он, естественно, не понимал – что означают странные кривые и зигзаги на этой ленте, но то, что здесь имеет место быть очередная тайна, он уже догадался.

– В общем так, пациент нуждается в госпитализации и стационарном лечении, – после небольшого консилиума заявил Герман Никольский. – Как я понял, вы можете провести обратную эвакуацию нас в Питере. Думаю, что за сутки-двое ничего с ним не случится. Мы будем наблюдать за вашим пленником и в случае чего окажем ему первую помощь. Сейчас с ним останется Борис Сергеевич, а потом я его сменю.

– Ну вот и отлично, – со вздохом облегчения произнес Щукин. – А то мы тут уже совсем расстроились – уж больно ценный «язык» загибал ласты. Ведь мы-то за ним в Лондон сгоняли, выцарапали его оттуда, а тут вот такое… Ну, давайте, пойдем отсюда. Если что, зовите на помощь. Вот вам рация – как пользоваться, знаете?

– Знаю, знаю, доводилось с ней работать, – Морозов усмехнулся и, мельком оглядев портативную радиостанцию, сунул ее в карман. – Идите, побеседуйте, а я тут и без вас управлюсь.

Они вышли на палубу шхуны, которая под всеми парусами шла курсом на Кронштадт, и направились в каюту-радиорубку. Там их ждал изнывающий от любопытства Попов. Конечно, он понимал, что все то, что ему удастся узнать, он вряд ли сможет кому-либо рассказать. Тайна пришельцев из будущего не подлежит разглашению. Ведь даже Геннадий Невельской, его однокашник по Морскому корпусу, отказался сообщить ему что-либо о подполковнике Щукине и его спутниках. Отставной мичман ни за что не поверил бы, что можно путешествовать во времени, если бы сегодня не увидел собственными глазами, как это все происходит. И ему ужасно захотелось побывать в том таинственном будущем, откуда в их мир пришли такие люди, как подполковник Щукин, его дочь и Вадим Шумилин…

* * *

После переговоров по рации с Петербургом Щукин передал капитану «Ласточки» новую вводную – идти не в Санкт-Петербург, а в Ораниенбаум. Там можно будет пришвартоваться у пристани, выгрузить пленника и врачей, а также остальных пассажиров. После этого шхуна может следовать в Торговый порт, где ее разгрузят, а прибывший на борт «Ласточки» батюшка заставит экипаж дать клятву не рассказывать никому о том, что им довелось увидеть. Матросы же будут целовать крест в подтверждение своей клятвы.

Большой дворец в Ораниенбауме принадлежал любимому брату Николая I, великому князю Михаилу Павловичу. Тот всецело был предан императору. Поэтому Николай решил сам встретить «Ласточку», поблагодарить Щукина со товарищи за удачное путешествие и уже оттуда посуху отправить мистера Уркварта на Черную речку, где британца перебросят в будущее через межвременной портал. Там же, в Большом дворце, можно будет разместить на время и охотников за «Джеймсом Бондом XIX века», благо места свободного во дворце много. Пусть они пару дней поживут там, погуляют по прекрасному Верхнему парку, полюбуются на Китайский дворец и на крепость Петерштадт, резиденцию несчастного императора Петра III, свергнутого с трона своей супругой Екатериной и задушенного в Ропше.