– Пока не знаю. Но, мне кажется, он не шотландец. – Указав в коридор, где за дверью висела кожаная куртка и фанатский шарф, он презрительно скривил рот: – «Манчестер Юнайтед».

– Но болельщики «манчей» есть и здесь, – ехидно заметила Рона, зная, что Билл, как ярый патриот, болеет за «Селтик».

– Да, но они не стали бы этим хвастать. По крайней мере, не в Глазго.

Рона рассмеялась.

– Я вижу, тебе полегчало.

– Да. – Она начала укладывать образцы в чемодан.

– Сержант отвезет тебя домой.

Он проводил ее до двери.

– Как поживает этот твой ирландец? Все играет в клубе?

– Да, играет.

– Надо бы снова заглянуть туда его послушать. Здорово у него выходит джаз. Позвонишь, если будет что-нибудь?

– Конечно.

Когда Рона вернулась, Шон все еще спал. В комнате из-за плотных штор было темно, хотя за окном рассвет уже касался университетских крыш. По пути домой она заехала в лабораторию проверить мазки на наличие слюны. Результат был положительный.

Она оставила записку для Крисси – на случай если та придет первой, – вкратце описав ночные события, и отправилась домой досыпать.

Рона стащила через голову платье, скинула туфли и нырнула под одеяло. Она прильнула продрогшим телом к Шону. Тот сонно забурчал, вытащил руку и нащупал ее ладонь:

– О'кей?

– О'кей, – ответила она, но он уже снова уснул.

Закрыв глаза, Рона пыталась расслабиться в его тепле. Она много раз выезжала на убийства, и еще похлеще этого. Смерть ее не пугала, тем более в виде мазков и анализов. Но сегодня все было иначе. Этот мальчик не давал ей покоя. Почему – для нее самой оставалось неясным. Пока сержант по дороге домой не облек ее смутные догадки в слова.

Мальчик, которого изнасиловали и задушили в той непотребной каморке, был похож на нее, словно родной брат.

3

Войдя утром в лабораторию, она ощутила восхитительный аромат свежего кофе. Кто-то уже успел заскочить в лавочку, так как на тарелке возле компьютера лежали два круассана.

– Явилась, значит? – Рыжая голова Крисси высунулась из-за дверцы шкафа. – А я уж собралась все делать сама.

– Ты получила мою записку?

– Нашла, – угрюмо поправила ее Крисси. – Твои образцы я уже загрузила, а одежду с покрывалом привезли примерно полчаса назад.

– А ничего круассаны, – сказала Рона, беря один с тарелки.

– А я-то думала, что твой красавчик накормил тебя завтраком, – ехидно заметила Крисси.

– Пусть поспит еще. Нормальные люди в такую рань не встают.

– Мужчина считает своим долгом приготовить тебе завтрак, а ты ему не даешь. – Крисси недоверчиво покачала головой. – Попробуй-ка загнать на кухню кого-нибудь из моих братцев.

– Ну а Патрик?

– Патрик – совсем другое дело, – отрезала Крисси. – Поэтому он и ушел.

Они сидели за лабораторным столом, и Крисси записывала предстоящие дела. Рона уже вкратце рассказала о случившемся, по крайней мере о том, что ей следовало знать. Неизвестно почему Рона всегда щадила чувства Крисси. Пусть она была моложе, но в жизни повидала уже немало, по крайней мере, если верить ее рассказам о братьях.

Крисси подняла голову от своих записей:

– Опять придется пахать вдвоем, без Тони.

– Если нам не дадут кого-нибудь в помощь, то всю текущую работу надо будет отложить. Убийство в первую очередь, – сказала Рона.

– Разве нам помогал кто-нибудь в прошлый раз? – безнадежно вздохнула Крисси. – Установили уже, что это за мальчик, или это снова наша забота?

– При нем не было документов. Мы попробуем установить личность исходя из наших данных плюс то, что нароет Билл.

– Я тогда начну с покрывала?

Рона кивнула:

– Покрывало там не первой свежести. Я обвела подозрительные участки для анализа.

– Сперма?

– Наверное. Да, и кроме того, в комнате был запах.

– Ну еще бы!

– Нет, приятный запах. Похоже, мужской одеколон. Тонкий, дорогой.

– Определенно не «Брут»?

– Да уж, не просто лосьон после бритья. Это так, информация для размышления. Может быть, осталось что-нибудь на футболке у мальчика или на покрывале.

– Оно было залито кровью.

– Да. – Рона не хотела обсуждать подробности.

– Ладно. Фотографии уже готовы. Я видела их. Бедняжка. Симпатичный парень.

Она как-то странно посмотрела на Рону. Рона вспомнила, что ночью ей говорил сержант. Но что бы ни подумала Крисси, вслух она ничего не сказала.

– Сейчас с этим прямо беда. Все красивые парни обязательно голубые, – усмехнулась девушка. – Кроме твоего Шона, конечно.

– Если бы ты оставила Шона в покое, мы могли бы приступить к работе.

Рона иногда пыталась приструнить Крисси, используя свое служебное положение, но той все было как с гуся вода. И сейчас лаборантка ответила ей выразительным взглядом, говорящим: выходит, сегодня ночью тебе ничего не обломилось.

– Кстати! Тебе звонил какой-то мужчина, Рона. Сексуальный голос. Он не представился. Обещал перезвонить позже.

Смерть и любовь всегда идут рука об руку. Кого-то убивают, потому что любят. Кто-то умирает, потому что его не любят те, кого любит он. Или вообще никто не любит. Любовь и ненависть. Ненависть и любовь.