Читаем Братская честь полностью

Сделав глубокий вдох, все еще ощущая на языке его вкус, она снова улеглась в постель, и он опять ее обнял. Прижимаясь к нему, мгновение спустя она услышала это... ровный гул... и поняла, что он делает. Он не только ее обнимал, но и напевал, чтобы она уснула. Она узнала мелодию: «Мерцай, мерцай, маленькая звездочка». Закрыв глаза, она улыбнулась, и это было последнее, что она помнила.

***

Джейс перестал напевать и, услышав ровное дыхание Шаны, посмотрел вниз. Она заснула. Большую часть дня он испытывал вину, зная, что лишил ее сна в воскресенье ночью. Он надеялся все исправить.

Он осторожно отодвинулся от нее и улыбнулся, когда она прошептала во сне его имя. Он не удержался и, наклонившись, нежно поцеловал ее в губы. Затем, полностью укрыв, отошел от кровати, снова надел ботинки и пиджак. Он оглянулся на нее в последний раз, прежде чем выключить свет, и тихо спустился вниз.

Часть его знала, он не должен был приходить сюда, но другая часть знала, что у него не было другого выбора. Шана с первого дня проникла ему под кожу, и хотя он пытался, избавиться от нее было невозможно. Роман, на который они согласились, в конце концов, пойдет своим чередом. Когда-нибудь страстное влечение и желание уйдут в прошлое. Сейчас они просто наслаждались друг другом. Речь шла о сексе и ни о чем больше.

Если все это правда, то почему он испытывает к ней чувство собственника, которого давно не испытывал к женщине? Он чувствовал себя собственником по отношению к Еве, но, с другой стороны, он имел на это полное право, поскольку она была его женой. Но ни одна другая женщина не вызывала ничего подобного.

Он вспомнил первую встречу с Брюсом, когда тот пришел установить ей компьютер. Ревность разъедала Джейса, когда он наблюдал за легкими и беззаботными отношениями между ним и Шаной. Отношениями, которых у него с ней не было и не могло быть. Теперь все изменилось. У него были отношения, которые он хотел, так почему этого было недостаточно?

Джейс включил систему безопасности и быстро открыл дверь, заперев ее за собой. Направляясь к машине, он не мог не вспомнить, как приятно держать ее в объятиях, пока она засыпала. Ему нравилось чувствовать ее, ощущать что-то помимо глубинной близости... хотя она ему чертовски нравилась.

Быть внутри ее тела было высшим наслаждением, которого он никогда не чувствовал раньше. Он испытывал не просто страсть, а лихорадочную страсть. Он обнаружил, что между этими понятиями есть разница. И всякий раз, когда он входил и выходил из нее, им овладевала потребность, граничащая с безумием, заставляя удовлетворять жажду, которая в этот конкретный момент контролировала все в нем.

Несколько мгновений спустя он снова выехал на шоссе и направился к дому. Черт, он уже скучал по ней, и ему пришлось уговаривать себя не делать еще один разворот и не возвращаться. Она нуждалась в отдыхе, и он тоже. Кроме того, если он будет спать вне дома две ночи подряд, Ханна задумается. Она страстно желала, чтобы кто-нибудь из них наконец остепенился и заполнил Саттон-Хиллз топотом маленьких ножек.

Ханне никогда не нравилась Ева; она думала, что Ева слишком эгоистична, и, как и дедушка Джейса, чувствовала, что у него все могло сложиться намного лучше. Теперь он был в этом уверен. Так почему же его мысли непроизвольно возвращались к Шане?

Черт возьми, кроме того, что она превосходна в постели, что он о ней знал? Знал, что у нее есть отец и сестра и что она прекрасно ладит со своими сотрудниками, с некоторыми из которых он встречался. Он знал, где она живет, знал, что она любит хорошо прожаренные гамбургеры и клубничные коктейли.

Но было что-то еще, и часть его хотела знать все. Он глубоко вздохнул, удовлетворенный своей целью. В данный момент он не задавался вопросом, зачем ему это нужно, просто принимал это как должное.

***

Сняв галстук, Далтон вошел в свою квартиру. Сегодняшний вечер был веселым, а женщина - приятной. Она была разочарована, что они поехали к ней, а не к нему. Но быстро с этим справилась. Она хотела, чтобы он остался на ночь, но он ей отказал. Секс на одну ночь - это всего лишь секс на одну ночь. Не было нужды жадничать.

Он направился в спальню принять душ. Потом он позвонит Виктории. С тех пор как он здесь, они разговаривали всего два раза. Она занималась Уимблдоном, и он знал, насколько напряженный в эти дни у нее график. Несколько раз он видел заметки о ней в газете, когда сэр Айзек Малдроу сопровождал ее туда.

Познакомившись с этим мужчиной, Далтон решил, что он достаточно мил, но, вероятно, слишком стар для Виктории. Но он считал Малдроу именно тем мужчиной, который нужен Виктории. Он так же богат, как и она, и пользовался большим уважением в европейских кругах.

Немного погодя, приняв душ и натянув трусы - единственное, что он надевал в кровать - он откинулся на подушки и позвонил Виктории.