Читаем Братья Ярославичи полностью

– «Разрешил, разрешил!..» – горячился Изяслав. – То, что я разрешил, ты ещё несколько раз обдумать должен, прежде чем исполнять! Ты – воевода иль хвост поросячий? Кругом одни олухи!..

Коснячко сердито запыхтел, но смолчал.

Досталось от Изяслава и Гертруде, которая неосторожно завела речь о Всеславе во время обеда. Гертруда была недовольна тем, что Изяслав лишил её любимца Святополка смоленского княжения. Придя в ярость, Изяслав швырнул на пол стеклянную венецианскую вазу. Наговорив жене немало грубых слов, Изяслав удалился из-за стола.

На другой день в Чернигов и Переяславль умчались гонцы из Киева. Изяслав замыслил большой поход на Полоцк.

* * *

С большой неохотой откликнулись Святослав и Всеволод на призыв старшего брата. Перед тем как собрать войско, оба приехали в Киев, желая узнать, что это взбрело Изяславу в голову накануне жатвы смердов от работы отрывать.

– Я не требую отрывать смердов от работ в поле, – молвил братьям Изяслав, – двинемся лишь с дружинами и застигнем полочан врасплох. Втроём-то мы живо возьмём Полоцк! Примучим удел Всеслава, тогда вся Русь будет в нашей власти! Наступит конец распрям и раздорам. Учиним новый порядок распределения столов княжеских.

– Ну-ка, ну-ка! – заинтересовался Святослав. – Сказывай, брат, что ты надумал.

– Надумал я, братья, узаконить порядок, при коем старший сын великого князя должен держать свой стол в Полоцке, а старший сын следующего по старшинству брата должен занимать княжеский стол в Новгороде, – сказал Изяслав. – Всеславу же и его потомкам вообще не давать столов княжеских. Пусть токмо Ярославов род властвует над Русской землёй.

– Дельная задумка, брат, – восхитился Святослав. – Предлагаю выпить за твою светлую голову, княже киевский!

– А что со Всеславом делать? – спросил Всеволод.

– Это мы решим после похода на Полоцк, – отмахнулся Изяслав.

– Верно, – согласился Святослав. – Незачем раньше времени голову ломать.

Всеволод не стал спорить, видя, что старшие братья заодно.

К концу августа собрались в Киеве конные дружины братьев Ярославичей. Осталось лишь дождаться, когда подойдёт из Новгорода Мстислав со своими воинами. Своего старшего сына Изяслав собирался посадить князем в Полоцке. Наконец дружина Мстислава вступила в Киев. И в этот же день прискакал всадник от переяславских торков с тревожной вестью. Огромная половецкая орда вышла из степей и приближается к Переяславлю.

Князья поначалу восприняли это известие спокойно. Может, это орда хана Терютробы вышла к русским рубежам.

– Я пойду с дружиной к Переяславлю, – сказал Всеволод, – коль это и впрямь мой тесть Терютроба подкочевал к моим пределам, то сговорю и его в поход на Полоцк.

– И то верно, – обрадовался Изяслав, – руками половцев одолеем полочан, а дружины свои сохраним. Скачи, брат, к хану! Обещай ему златые горы!

Всеволод не мешкая повёл свою дружину к Переяславлю.

На полпути ему встретились всадники-русичи из переяславских дозорных. Всеволод узнал от них, что половцы жгут сёла вокруг Переяславля, полонят смердов, угоняют скот, а во главе орды стоят ханы Шарукан и Сугр. Конницы у ханов видимо-невидимо, свои обозы степняки оставили перед пограничными валами.

Всеволод повернул обратно в Киев.

Князья собрали воевод и стали держать совет.

– Так ли уж много поганых пришло из Степи, – молвил Изяслав. – По слухам, Шарукан не самый могучий хан в степях.

– Я своим дозорным верю, – сказал Всеволод, – коль по их словам степняков великое множество, значит, так оно и есть.

– Чего тут долго толковать, – подал голос Коснячко, – надо поднимать конные полки и ударить по нехристям, покуда они с полоном в Степь не ушли.

Коснячко поддержал воевода Чудин:

– У нас в Киеве собрано восемь тыщ конников, это ли не сила!

– Вспомните, братья, как в позапрошлом году наша рать разбила орду хана Искала, – вставил Тука, брат Чудина. – Половцев и тогда было великое множество, но не выдержали они сечи с нами. Не выдержат и ныне!

– Нужно лишь застать поганых врасплох! – потряс кулаком Коснячко.

Изяслав поглядел на своих братьев. Что они скажут?

– Коль немедля выступим, может, и застигнем врасплох поганых, – поглаживая бровь, задумчиво произнёс Святослав, – а ежели станем пешие полки собирать, то время потеряем.

– Коннице без пешцев воевать несподручно, – высказал своё мнение Всеволод, – всё равно что однорукому с двуруким бороться.

– У половцев всё войско конное, и ничего – воюют, – возразил на это Коснячко.

– Степняки воюют наскоками да засадами, а в правильном сражении они выстоять не могут, – заметил Всеволод, бросив на Коснячко холодный взгляд.

– А мы применим против поганых их же хитрые ухватки! – азартно воскликнул Тука.

Видя, что киевские воеводы настроены воинственно, в том же духе заговорили и воеводы переяславские.

Первым высказался Ратибор:

– Покуда будем пешую рать скликать, день-два потеряем, да и не сможем мы с пешей ратью внезапно на поганых свалиться. Нешто пешие ратники за конниками угонятся?