Читаем Братья Дуровы полностью

лотом в гроте присмотри за рабочими, чтобы сталактиты сделали по¬

лучше...

Анатолий Леонидович говорит ровно и быстро, будто жонглиру¬

ет словами. Он сам ведет группу в дом, показывает комнаты. Вот

кабинет. По обстановке трудно понять, кто в нем работает: коллек-

цнонер, ученый, художник, писатель, или артист?.. Дорогая рез¬

ная мебель, на этажерках изящные безделушки, на стенах карти¬

ны, карикатуры, деревянные часы, разные редкости. Столы, кресла,

стулья, подоконники завалены книгами, журналами, бумагами, вы¬

резками из газет, афишами.

Комнаты имеют свои названия.

— Вот «Азиатская...»— говорит хозяин дома.

      

Афишка-объявление из дома-музея А. Л. Дурова в Воронеже.

С таким же основанием ее можно было бы назвать «Европей¬

ской». И тут навалены книги и бумаги. В углу инкрустированный

перламутром неустойчивый столик, на нем севрская ваза, грозя¬

щая вот-вот упасть. На полу и стенах до потолка — мягкие ковры.

Статуи каких-то греческих богинь с изумлением глядят на стояще¬

го напротив святочного русского деда. Невдомек, почему комната

«Азиятская»?

Хозяин показывает другие комнаты, утверждая, что они в стиле

рококо, жакоб, китайском, декадентском, древнерусском.

— Теперь пройдем в музей...

Посетители следуют за своим радушным гидом по крутой, мно¬

гоступенчатой лестнице из белого камня. Террасами она спускается

в обширный сад. Там в зелени деревьев спрятался средневековый

замок с зубчатыми башнями — музей.

С обеих сторон лестницы нависают деревья со зреющими сочны¬

ми плодами слив, яблок, груш. Нижняя терраса упирается в фон¬

тан — зеленую лягушачью голову, из которой бьет вода. Рядом на

дереве надпись: «Только фонтан бьет снизу вверх, обычно бьют

сверху вниз».

По песчаному дну ползают черепахи, и на их панцирях надпи¬

си: «Наша конка», «Городское хозяйство», «Просвещение», одна

только с двумя буквами — «Г. Д.»

—       Что означают буквы?— спрашивает гимназистка.

—       «Государственная Дума» или «Господин Дуров», как вам

угодно...— смеется Анатолий Леонидович.

Подошли к замку. Грозно глядят бойницы. На самой высокой

башне герб Воронежской губернии — золотая гора, с вершины ко¬

торой из серебряного кувшина изливается тоже серебряная вода, в

стену замка вделан каменный кувшин, из него струится вода, падая

на уступы искусственных скал, и пропадает где-то в расщелине.

Музей начинается с галереи картин, писанных художником Ана¬

толием Дуровым. Картины развешаны в нишах. Сюжеты их разные:

горные пейзажи Кавказа, лазурное море, деревушка, занесенная

снегом, дорога с одиноко бредущим человеком, железнодорожный

путь, сквозь ночную тьму светятся два огненных глаза мчащегося

паровоза, маяк на пустынной скале среди бушующего моря посы¬

лает вдаль спасительный луч.

Картины своеобразны по технике исполнения. Все они, от ма¬

леньких пейзажей до больших ландшафтов, писаны на стекле. При¬

том то, что находится на переднем плане, вылеплено из особой мас¬

тики и сливается с фоном, писанным масляными красками на обрат¬

ной стороне стекла. Таким живописным приемом художник добил¬

ся отличной перспективы, рельефности, прозрачности воздуха и, в

результате, силы впечатления.

В отдельном зале картины В. Верещагина, В. Маковского,

И. Шишкина, А. Бенуа, В. Поленова и других выдающихся художни¬

ков.

Среди скульптур обращает на себя внимание большой портрет

Льва Толстого работы А. Шервуда.

У входа в зал, в котором собраны всякие редкости, надпись:

Анатолий Леонидович рад посетителям и охотно показывает сар¬

кофаг с древней египетской мумией; целый набор рогов — крохот¬

ных, гигантских, извилистых, ветвистых; чучела зверей, птиц, рыб,

змей, коллекции экзотических бабочек. Немало места занимают и

предметы, найденные при археологических раскопках,— старинное

оружие и исторические документы.

В музее хранятся этнографические редкости, которые Анатолий

Леонидович бережно собирал во время своих странствований по

российским окраинам, Сибири, Ближнему и Дальнему Востоку.

Прихотлива фантазия Анатолия Леонидовича Дурова.

— Кто не боится, прошу заглянуть в иной мир...— предлагает

он с загадочной улыбкой.

Афишка-объявление из дома-музея А. Л. Дурова в Воронеже.

По узкой лестнице со скользкими ступенями посетители сходят

в подземелье, тускло освещенное электрическими лампочками. Веет

сыростью могилы. И тут на стенах «философские» изречения, вроде:

«Наш путь короток —от метрик до некролога», «Не так опасно

споткнуться, как обмолвиться», «Жить осталось немного — надо то¬

ропиться работать».

Посетители, робея, спускаются все ниже. Направо и налево по¬

Перейти на страницу:

Похожие книги

10 гениев бизнеса
10 гениев бизнеса

Люди, о которых вы прочтете в этой книге, по-разному относились к своему богатству. Одни считали приумножение своих активов чрезвычайно важным, другие, наоборот, рассматривали свои, да и чужие деньги лишь как средство для достижения иных целей. Но общим для них является то, что их имена в той или иной степени становились знаковыми. Так, например, имена Альфреда Нобеля и Павла Третьякова – это символы культурных достижений человечества (Нобелевская премия и Третьяковская галерея). Конрад Хилтон и Генри Форд дали свои имена знаменитым торговым маркам – отельной и автомобильной. Биографии именно таких людей-символов, с их особым отношением к деньгам, власти, прибыли и вообще отношением к жизни мы и постарались включить в эту книгу.

А. Ходоренко

Карьера, кадры / Биографии и Мемуары / О бизнесе популярно / Документальное / Финансы и бизнес
Адмирал Ее Величества России
Адмирал Ее Величества России

Что есть величие – закономерность или случайность? Вряд ли на этот вопрос можно ответить однозначно. Но разве большинство великих судеб делает не случайный поворот? Какая-нибудь ничего не значащая встреча, мимолетная удача, без которой великий путь так бы и остался просто биографией.И все же есть судьбы, которым путь к величию, кажется, предначертан с рождения. Павел Степанович Нахимов (1802—1855) – из их числа. Конечно, у него были учителя, был великий М. П. Лазарев, под началом которого Нахимов сначала отправился в кругосветное плавание, а затем геройски сражался в битве при Наварине.Но Нахимов шел к своей славе, невзирая на подарки судьбы и ее удары. Например, когда тот же Лазарев охладел к нему и настоял на назначении на пост начальника штаба (а фактически – командующего) Черноморского флота другого, пусть и не менее достойного кандидата – Корнилова. Тогда Нахимов не просто стоически воспринял эту ситуацию, но до последней своей минуты хранил искреннее уважение к памяти Лазарева и Корнилова.Крымская война 1853—1856 гг. была последней «благородной» войной в истории человечества, «войной джентльменов». Во-первых, потому, что враги хоть и оставались врагами, но уважали друг друга. А во-вторых – это была война «идеальных» командиров. Иерархия, звания, прошлые заслуги – все это ничего не значило для Нахимова, когда речь о шла о деле. А делом всей жизни адмирала была защита Отечества…От юности, учебы в Морском корпусе, первых плаваний – до гениальной победы при Синопе и героической обороны Севастополя: о большом пути великого флотоводца рассказывают уникальные документы самого П. С. Нахимова. Дополняют их мемуары соратников Павла Степановича, воспоминания современников знаменитого российского адмирала, фрагменты трудов классиков военной истории – Е. В. Тарле, А. М. Зайончковского, М. И. Богдановича, А. А. Керсновского.Нахимов был фаталистом. Он всегда знал, что придет его время. Что, даже если понадобится сражаться с превосходящим флотом противника,– он будет сражаться и победит. Знал, что именно он должен защищать Севастополь, руководить его обороной, даже не имея поначалу соответствующих на то полномочий. А когда погиб Корнилов и положение Севастополя становилось все более тяжелым, «окружающие Нахимова стали замечать в нем твердое, безмолвное решение, смысл которого был им понятен. С каждым месяцем им становилось все яснее, что этот человек не может и не хочет пережить Севастополь».Так и вышло… В этом – высшая форма величия полководца, которую невозможно изъяснить… Перед ней можно только преклоняться…Электронная публикация материалов жизни и деятельности П. С. Нахимова включает полный текст бумажной книги и избранную часть иллюстративного документального материала. А для истинных ценителей подарочных изданий мы предлагаем классическую книгу. Как и все издания серии «Великие полководцы» книга снабжена подробными историческими и биографическими комментариями; текст сопровождают сотни иллюстраций из российских и зарубежных периодических изданий описываемого времени, с многими из которых современный читатель познакомится впервые. Прекрасная печать, оригинальное оформление, лучшая офсетная бумага – все это делает книги подарочной серии «Великие полководцы» лучшим подарком мужчине на все случаи жизни.

Павел Степанович Нахимов

Биографии и Мемуары / Военное дело / Военная история / История / Военное дело: прочее / Образование и наука
10 гениев, изменивших мир
10 гениев, изменивших мир

Эта книга посвящена людям, не только опередившим время, но и сумевшим своими достижениями в науке или общественной мысли оказать влияние на жизнь и мировоззрение целых поколений. Невозможно рассказать обо всех тех, благодаря кому радикально изменился мир (или наше представление о нем), речь пойдет о десяти гениальных ученых и философах, заставивших цивилизацию развиваться по новому, порой неожиданному пути. Их имена – Декарт, Дарвин, Маркс, Ницше, Фрейд, Циолковский, Морган, Склодовская-Кюри, Винер, Ферми. Их объединяли безграничная преданность своему делу, нестандартный взгляд на вещи, огромная трудоспособность. О том, как сложилась жизнь этих удивительных людей, как формировались их идеи, вы узнаете из книги, которую держите в руках, и наверняка согласитесь с утверждением Вольтера: «Почти никогда не делалось ничего великого в мире без участия гениев».

Елена Алексеевна Кочемировская , Александр Владимирович Фомин , Александр Фомин , Елена Кочемировская

Биографии и Мемуары / История / Образование и наука / Документальное
«Ахтунг! Покрышкин в воздухе!»
«Ахтунг! Покрышкин в воздухе!»

«Ахтунг! Ахтунг! В небе Покрышкин!» – неслось из всех немецких станций оповещения, стоило ему подняться в воздух, и «непобедимые» эксперты Люфтваффе спешили выйти из боя. «Храбрый из храбрых, вожак, лучший советский ас», – сказано в его наградном листе. Единственный Герой Советского Союза, трижды удостоенный этой высшей награды не после, а во время войны, Александр Иванович Покрышкин был не просто легендой, а живым символом советской авиации. На его боевом счету, только по официальным (сильно заниженным) данным, 59 сбитых самолетов противника. А его девиз «Высота – скорость – маневр – огонь!» стал универсальной «формулой победы» для всех «сталинских соколов».Эта книга предоставляет уникальную возможность увидеть решающие воздушные сражения Великой Отечественной глазами самих асов, из кабин «мессеров» и «фокке-вульфов» и через прицел покрышкинской «Аэрокобры».

Евгений Д Полищук , Евгений Полищук

Биографии и Мемуары / Документальное