Читаем Брат мой полностью

Сеня с готовностью поднялся, ушел в горницу, Иван ос-тался поговорить с хозяином.

-- Где робишь там?

-- На стройке.

-- Ничто получаешь-то, хорошо?

-- Да ничего, хватает. А Петро-то ваш где?

-- А тоже вроде твоего, в город подался, судьбу искать. Вы ить какие нонче: хочу крестьянствую, хочу хвост дудкой и... Наоставляют вот, с такими, горя мало. -- Старик кивнул в сторону невестки.

-- Да уеду я, уеду, Господи! -- в сердцах сказала та. -- Устроится он там маленько -- уеду, лишнего куска не съем.

-- Мне куска не жалко, -- все так же спокойно, ровно продолжал старик. -- Меня вот на их зло берет. -- Он по-смотрел на Ивана. -- Уехать -- дело нехитрое. А на кого зем-лю-то оставили? Они уехали, ты уедешь, эти (в сторону младшей дочери) тоже уедут -- им надо нивирситеты кончать. Кто же тут-то останется? Вот такие, как мы со старухой? А нам веку осталось -- год да ишо неделя. Вон он, Сергеич-то... раз-два и сковырнулся. Так и все уйдем помаленьку. Что же тогда будет-то?

Из горницы выглянул Сеня.

-- Иван, зайди к нам.

Иван бросил окурок в шайку, пошел в горницу. Слова старика нежданно вызвали в нем чувство вины; когда шел по улице и поразился пустотой в деревне, почему-то не подумал о себе.

Сеня ходил по горнице, засунув руки в карманы брюк. Видно, он только что что-то горячо доказывал.

-- Здравствуй, Валя.

-- Здравствуйте. -- Навстречу Ивану поднялась рослая, крепкая, действительно очень красивая девушка. Круглоли-цая, с большими серыми глазами... Высокую грудь туго обле-гала белая простенькая кофта. Здоровье, сила чувствовались в каждом ее движении, в повороте опрятной, гладко приче-санной головы, во взгляде даже.

-- Валя!.. -- невольно сказал Иван, пожимая ей руку. -- Ты когда успела так вырасти?

-- Годы, Иван... Вы уж сколько не были дома-то?

-- Да ну, сколько?.. Ну, может, много. Только ты все рав-но не "выкай", я не привык как-то. Ты... ну Валя, Валя...

Валя засмеялась довольная.

-- Что "Валя"?

-- Красавица ты прямо.

-- Да ну уж...

-- Вот так мы ее тут и испортили, -- встрял Сеня. -- Каж-дый, кто увидит: "Красавица! Красавица!" А ей на руку.

-- Сеня, ты же первый так начал, -- с улыбкой сказала Валя.

-- Когда?

-- Когда из армии-то пришел. Ты что, забыл?

-- Так то я один, а то вся деревня, языки вот такие рас-пустили...

-- Нет, Сеня, тут распускай, не распускай, а факт остает-ся фактом. -Иван сел на стул. -- Как живешь-то, Валя?

-- Хорошо. -- Валя внимательно посмотрела на Ивана, усмехнулась. -Надолго к нам?

-- Да не знаю, -- неопределенно ответил Иван. Вспомни-лись слова старика Ковалева, и он невольно опять подумал о них. -- Курить здесь можно?

-- Пожалуйста. Я сейчас принесу чего-нибудь... -- Валя вышла из горницы.

-- Видал, что делается? -- спросил Сеня.

-- Видал. Неважные твои дела.

-- Просто пройдет по горнице, а у меня вот здесь, как но-жами... Видал, как счас прошла?

Иван не успел ответить. Вошла Валя, поставила на стол блюдце.

-- Вот сюда пепел.

-- Ты вот послушай его, если мне не веришь. Он больше нашего повидал, -- начал Сеня.

-- Ну? -- Валя опять весело посмотрела на Ивана.

-- Как было при царизме? -- рассуждал Сеня.

-- Как? -- спросила Валя.

-- Ручной труд. Эксплуатация человека человеком. -- Сеня не мог сидеть, когда говорил. -- Тогда, конечно, надо было, чтобы мужик был здоровый. Кого лучше эксплуатиро-вать? Миколу или меня? Миколу. На него можно два куля навалить, и он понесет. Со мной хуже: где сядешь, там и сле-зешь. Теперь: наше время -- атомный век. Спрашивается, для чего мне надо расти с колокольню? Я нажимаю стартер, завожу машину и везу три тонны. Сейчас даже модно ма-леньким быть. Японцы, например, все маленькие, и ведь жи-вут -ничего! У нас же как вымахает какая-нибудь жердь -- так все рады-радешеньки, без ума прямо! -- Сеня не на шутку расходился. -- Вырос детинушка. Ладно, он, допус-тим, один восемьдесят. А вот этот фактор у него работает? -- Сеня постучал себя по лбу.

-- Пулемет ты, Сеня, -- сказала Валя. -- Наговорил сорок бочек... Ну, к чему ты все? Ведь по твоей теории выходит, что я... какая же я модная?

-- Я про мужиков говорю.

-- Так если мужикам не надо быть здоровыми, то уж ба-бам-то и подавно. А я вон какая...

Иван засмотрелся на девушку. Валя перехватила его взгляд, усмехнулась и покраснела.

-- Куда же мне деваться-то такой? -- спросила обоих. -- Эксплуатации нет, кули не надо таскать. Что же мне, закры-вать глаза да головой в прорубь?

Сеня беспомощно, с надеждой посмотрел на старшего брата. Тот пожал плечами.

-- Иван, хорошо в городе? -- спросила Валя, как-то из-лишне пристально глядя на него. Ей хотелось говорить с ним.

-- По-разному, Валя. Как везде.

-- Ну, с нами-то не сравнишь.

-- Сами виноваты! -- опять встрял Сеня. -- Умоляют лю-дей: записывайтесь в самодеятельность -- нет, понимаешь...

-- Пошли вы со своей самодеятельностью! Что я, дура, что ли, вылезу на сцену ногами дрыгать. Я ее проломлю там у них.

-- Ты можешь любую роль играть, не обязательно ногами дрыгать. Дрыгают в танцевальном кружке, а есть -- драмати-ческий.

В дверь горницы постучали.

-- Внимание. -- Сеня поднял палец кверху. -- Счас бу-дет -- акт!