Читаем Брат мой полностью

-- Потише, молодой человек. Сопляк. Разговаривать на-учились! Еще гадом обзывается... Я тебе найду место. Надо честно работать, а не махинациями заниматься! -- Грустный явно хотел привлечь внимание тех немногих посетителей, которые были в зале. -- А я на махинации не пойду!

Сеня оглянулся -- никого знакомых мужиков не было. А одному такую глыбу не свалить. Это, видно, понял и груст-ный, и это его приободрило.

-- Щенок еще, а уже махинациями занимаешься! Хими-чишь уже... Я вот отведу сейчас в одно место, там тебе пока-жут валы.

-- Вот сука! -- удивился Сеня. И хотел было уже идти. И увидел, как в чайную вошел Микола... Повернулся к груст-ному и коротко и властно скомандовал: -- Встать!

Теперь удивился грустный. Маленькие его глаза вовсе со-шлись у переносья.

-- Что-о?..

-- Микола! -- позвал Сеня. -- Иди-ка сюда, тут твои поршня требуются.

Огромный грязный Микола пошел к столику...

Грустный трухнул.

-- Чего? -- спросил Микола.

-- Шпион, -- показал Сеня на лысого. -- Счас мы его ло-вить будем. Встать!

-- Брось дурить-то...

-- Микола, ты бери портфель -- там факты лежат, -- а я буду его окружать. -- Сеня двинулся "окружать".

Лысый взял портфель и пошел из чайной.

-- Хулиганье, черти.

Сеня провожал его до двери. У двери дал ему хромой ногой пинка под зад.

-- От-тюшеньки мои!

Лысый оглянулся во гневе...

-- От так!.. по мягкой по твоей! -- Сеня еще разок достал лысого. -Микола, иди, тут с моей ногой ничего не сдела-ешь -- она у него как перина. Тут кувалду надо...

Лысый плюнул и ушел от греха подальше.

Все сидевшие в зале с интересом и любопытством наблю-дали за этой сценой.

Сеня вернулся к столику, где стоял Микола.

-- Ты чо делаешь-то? С ума, что ли, сошел?

-- Посулил, гад такой, вал достать, а сам обманул.

-- Какой вал?

-- Коленчатый. У нас вал полетел, а запасного нету. У вас нету?

-- Что ты!..

-- Хоть матушку-репку пой. К Макару, что ли, еще съез-дить...

-- А что это за человек-то был?

-- А хрен его знает.

-- Так он же тебя счас посадит.

-- Не посадит. А в "Заре" нет запасных, не знаешь?

-- Ты лучше иди отсюда, он счас с милиционером придет.

Сеня посмотрел в окно, потом на Миколу.

-- Да? Вообще-то лучше, конечно, без приключений... -- И Сеня скоренько похромал из чайной.

Микола подошел к стойке, посмотрел меню...

Задумался, посмотрел в окно и тоже пошел из чайной.

-- Еще в свидетели счас запишут, -- сказал он буфетчице на прощание.

...Только к вечеру Сеня добыл вал. Но теперь у него стал мотоцикл. Сеня, грязный по уши, копался в нем.

...Микола издалека узнал знакомую маленькую фигурку на дороге. Подъехал, остановился.

-- Чего у тебя?

-- Прокладку пробило... Зараза. Весь изматерился.

Микола подошел, тоже склонился к мотоциклу.

-- Вроде сделаю, начну заводить -- чихает пару раз и глохнет.

Микола внимательно исследовал неполадку... Покачал головой.

-- Надо новую.

-- Надо... Курево есть?

-- Есть.

-- Давай перекурим это дело.

Микола, вынимая из кармана папиросы, увидел коленча-тый вал.

-- Достал?

-- Достал. Новенький. Если теперь кто сунется еще раз к моей машине, стрелять буду.

-- А где достал?

-- Тайна, папаша, покрытая мраком.

-- Трепло.

-- Там больше все равно нету.

...Сидели, курили.

Мимо, по тракту шли и шли машины, груженные хлебом.

Навстречу ехали пустые. А когда машин не было, слышно было, как в сухом теплом воздухе стрекочут кузнечики и за-ливаются вверху невидимые жаворонки.

Поле за трактом было уже убрано; земля отдыхала от гула машин и тучной ноши своей -- хлеба. Только одинокие све-жие скирды соломы золотились под солнцем.

Парни смотрели вдаль, думая каждый о своем.

-- По двадцать семь на круг выходит, -- сказал Мико-ла. -- Такой -даже у нас редко бывал.

Сеня взял с земли какой-то плоский предмет, обернутый тряпкой... Развернул тряпку, показал -- патефонная плас-тинка.

-- В районе купил. -- Сеня прищурил глаза, прочитал: -- Рада Волшанинова. "Уйди". "Когда душа полна" -- в скобках. Нет, вот эта: "Не уезжай ты, мой голубчик". Тоже Рада. Братке везу, пусть послушает. Тонкий намек...

Микола глянул на Сеню... Поднялся, задавил каблуком окурок.

-- Нужны ему твои... голубчики, как собаке пятая нога.

-- Ничего говорить не буду, заведу молчком и сяду. Вот поет, слушай... Я давеча в раймаге чуть не заплакал. Давай за-бросим к тебе мотоцикл, а то я тут ночевать буду. Бери его... -- Сеня завернул пластинку, взял коленчатый вал и понес в кабину.

Микола повел мотоцикл к задку кузова.

Вместе забросили мотоцикл в кузов.

Поехали.

Сеня положил пластинку в багажничек. Вал держал в руках, как ребенка.

Некоторое время молчали.

Иван курил, сидя на кровати.

Валя подошла к нему.

-- Встань-ка, я застелю.

Иван поднялся... Оказались друг против друга. Близко. Иван засмотрелся в ее чистые, чуть строгие от смущения глаза...

-- Сватать меня вчера приходили, -- тихо сказала Валя.

Иван молчал.

-- Что же не спросишь -- кто?

-- Я догадываюсь.

-- Ну? -- требовательно и нетерпеливо спросила она.

-- Что?

-- Что же не спросишь, чем кончилось-то? Сватовство-то.

-- Я знаю.

-- Господи!.. Все-то он знает. Какой ведь еще... Чем?

-- Отказом.

-- Отказом... Легко сказать: мне их жалко обоих. Сеньку даже жальчее.

Помолчали.