Впечатления от первого приёма у королевы — такого долгожданного и такого не похожего на её прежние мечты — заставили Гражену на время забыть о новом чувстве, которое успело завладеть ею. Но первый же пойманный удивлённо-заинтересованный взгляд вполне вернул ей бодрящее ощущение уместности посреди окружающей королевской роскоши и величавую мягкость осанки. Она грациозно обогнула худощавого вешкерийского барона, который хоть так и не осмелился преодолеть должное расстояние вежливости между двумя незнакомыми благородными людьми, но всё же достаточно натоптался лёгкой помехой на её пути. Когда зрелище нерешительно просящих глаз барона оказалось позади, Гражена не сдержала торжествующей улыбки.
…Усатый гвардеец, забывшись, что он сейчас не в трактире, подмигнул ей и восхищённо прищёлкнул языком. Холодно приподняв ровную нить брови, Гражена отстраненно-внимательно смерила его фигуру. Гвардеец побагровел, сглотнул комок в горле — и после короткой паузы резко, как в холодную воду, нырнул в поклон извинения.
…Какой-то тучный сановник рассыпал стопку мелко исписанных листов бумаги. Она плавно нагнулась за одним из них, отлетевшим почти под ноги, но сановник, кряхтя и постанывая от напряжения, бросился на его перехват. В награду за свой тяжеловесно-галантный подвиг он, со словами "Ах, моя дама, ну что ты, что ты, я и сам ещё… того!", позволил себе полапать Гражену за руки. В мягкой борьбе она сделала пару шагов назад и, окончательно увеличив безопасное расстояние приседающим полупоклоном, вежливо и благозвучно выразила своё несомненное почтение его седине. Вполне себе ещё темноволосый сановник вздохнул и проводил её погрустневшим взглядом.
Жизнь приобретала неожиданно новый и многообещающий вкус.
В какой-то момент прогулки по дворцу Гражена поняла, что забрела в совсем другую его часть. Уж больно много здесь было разлито спешаще-делового духа, так что её выделяющаяся праздность могла вызвать к ней ненужный интерес и ещё более ненужные вопросы. Задумчиво оглядевшись по сторонам, решила возвращаться обратно. Шла внимательно, чтобы не заблудиться в здешних архитектурных хитросплетениях, поэтому знакомый грубоватый голос услышала сразу. В другом конце коридора о чём-то беседовали королевский мажордом и Айна-Пре. Тот самый чародей, который так грубо обошёлся с ней этой зимой. Гражена отпрянула за колонну и принялась разглядывать его.
Она отрешённо наблюдала за спокойным и даже вроде скучным разговором. Больше говорил чародей; мажордом, стоявший к ней лицом, изредка кивал и вставлял короткие фразы. Потом роли поменялись, говорил один лорд Станцель, негромко и монотонно. В ровном гуле, вместе с эхом доносящимся до того места, где она пряталась, разборчивых слов почти не было слышно. Разговор закончился как-то неожиданно. Собеседники коротко поклонились друг другу и без особых церемоний разошлись в разные стороны.
И только увидев шагающего в её сторону Айна-Пре, Гражена поняла, зачем она здесь стояла и чего ждала. Она никогда не была особо злопамятной, но та злость на чародея не только не хотела уходить, но даже почему-то росла. И ведь больше никаких стычек с ним у неё не было — при тех редких встречах, которые за эти полгода можно было пересчитать по пальцам одной руки, и он её практически не замечал, и она тоже старалась не привлекать к себе внимание, резонно понимая, что ей просто нечем расквитаться с ним.
Но сейчас… Сейчас всё было по-другому. Она представила себе, как
Приняв решение и нисколько не сомневаясь в своих силах, Гражена глубоко вдохнула, выдохнула — и царственной походкой направилась ему навстречу.
Чародей шёл чуть расхлябано и задумчиво уставившись в пол. Она злорадно отметила, что выглядел он весьма недовольным. Но, похоже, до сих пор её не заметил… Ведь не мог же он, увидев её, по прежнему сохранять свою недовольную задумчивость! Гражена мысленно заметалась в поисках решения, как, не нарушив своей отстранённой величавости, привлечь к себе его внимание. Но это оказалось излишним.
— А ты что здесь делаешь? — не меняя позы и скорости, всё так же недовольно буркнул он и скучно глянул на неё.
…Гражена от всего сердца одарила его взглядом, сработавшим на том гвардейце.
Чародей запнулся, остановился — и внимательно посмотрел на неё, как будто только сейчас толком заметил.
— А-а… Наша девочка распробовала вкус власти над мужчинами? Ну-ну…
И, не дожидаясь ответа, отправился дальше, всё так же недовольно уставившись в пол и почти волоча ноги.
Мимо.
— Я ему ещё докажу!