Они шли по коридору не так быстро; расстояние между ними и остальными постепенно увеличивалось.
— Последнее время ты словно не учишься, а разучиваешься. Я помню, как хорошо у тебя всегда получалось живые уроки. А сейчас тебя как будто подменили.
— Да я… я наоборот… — Дженева чуть не закашлялась от усердного желания оправдаться.
— Что наоборот? — недовольно переспросил Мирех. — Есть три основных поведения новичков: «чурбан», "знаток" и «погоняла». Первый ничего не понимает и всего боится; второй знает всё лучше всех и щедро учит, как надо жить. Третий… тот уже всё понял и "давай-давай быстрее, что там дальше?" Так вот ты — со второго круга причём! — словно решила переплюнуть всех новичков вместе взятых. И ведешь себя как чурбан, как знаток и как погоняла. Сразу и вместе.
— Я наоборот… так стараюсь! — Дженева готова была расплакаться от неожиданной обиды. Неужели всё оказалось зря? Она ведь поняла тогда свою ошибку — то, что чересчур легкомысленно относилась к чародейской учёбе. Решила добросовестно исправить её. И что выходит — что теперь она делает
— Так ты стараешься… — медленно протянул Мирех. — А-а… Тогда понятно.
Забыв о надвигающихся слезах, Дженева подняла взгляд на задумавшегося Миреха.
— Постарайся не стараться, — буркнул тот. — Это лишнее.
И со словами "Ну, вот и разобрались", он, как всегда быстро, зашагал дальше по своим делам. Опешившая от разговора Дженева по инерции продолжала идти вперёд, оторопело разглядывая мысль "стараться не стараться". Впрочем, ни с какой из сторон хоть сколь-нибудь разумной та не выглядела.
Улица встретила свежей прохладой. Прищуриваясь от яркого перехода из полумрака здания к свету погожего сентябрьского дня, Дженева осмотрелась в поисках Гражены. Фигура той виднелась уже прилично впереди. Рядом с ней шла Легина, только с этого расстояния было трудно разглядеть, вместе они идут или порознь. Только что случившийся выговор Миреха снова закрутился у неё в голове… Нда, невесело. Даже унизительно… Дженева ускорила ход, словно чтобы задавить быстрым движением неприятное чувство.
Кажется, Гражена что-то говорит Гине. Дженева прислушивается, но ветер уносит слова в другую сторону. Разговор закончился до того, как она приблизилась к ним. Девушки действительно шли рядом, но всё равно было непонятно — вместе они сейчас или порознь.
Гражена обернулась на звук приближающихся шагов — и тут же забыла вопрос, который хотела задать Дженеве. Вместо этого она скользнула внимательным взглядом по порозовевшим щекам подруги, по её какому-то вскоклоченному виду… И вскользь поинтересовалась, о чём же они там говорили с Мирехом. Получив ответ — мол, ничего особенного — понимающе кивнула.
Ну да, отскребать от стенок сердца неудачную любовь — что в этом, и правда, особенного? Сколько ей самой
От нахлынувших воспоминаний Гражена невольно расправила плечи и подняла выше голову.
Зато теперь она никогда не позволит своему сердцу взять верх над разумом! А это стоит многого.
От стены, обвитой угасающим плющом, отделилась фигура, прямо в её сторону и с явным намерением преградить путь. Вспыхнув, Гражена пристально взглянула на наглеца — и гнев почти растаял в быстром узнавании знакомого лица.
— Ну здравствуй, гордая красавица.
Гилл остановился — как и тогда, не дойдя нескольких шагов до неё, твёрдо опираясь в землю чуть расставленными ногами. В его фигуре было столько этой самой твёрдой уверенности, что все девушки дружно затормозили, и даже ветер почти стих. Довольный произведённым эффектом, он легонько улыбнулся. Потом наклонил голову, завёл руки за спину и, едва заметно раскачиваясь, снова заговорил.
— Я же говорил, что найду тебя.
— Долго же искал! — не сдержавшись, фыркнула Гражена.
— А я не спешил, — буднично признался тот и с многозначительной улыбкой добавил. — У меня были кое-какие дела… И я ещё хотел проверить, не пройдёт ли моё чувство к тебе. Ну, так, как это случалось раньше, — пояснил он и, негромко вздохнув, замер. — Но нет. Не прошло.
Гражена на мгновение потерялась между волной, блаженно взметнувшейся в ней от того,
Но только на мгновение.
— Ну что ж. Проверяй и дальше. Не стану тебе мешать, — Гражена пожала плечами и легко продолжила прерванное движение, словно весь этот инцидент был того рода, память о котором длится не дольше мышиного хвоста.
Спокойно улыбающийся Гилл даже не пошевелился, чтобы остановить её. Но когда она отошла на приличное расстояние, позади раздался задорный и весёлый смех. Который тут же превратился в звонкий голос, ничуть не обескураженный полученным отказом.
— Послезавтра в Мраморном зале будет петь Синита. У меня есть два приглашения. Будь готова к трём пополудни. Я зайду за тобой в дом леди Олдери.