Хранитель времени не спешил покинуть место, ради которого был рождён. Он терпеливо ждал своего учителя, несмотря ни на что. Песчинки въедались в кожу волевого лица. Ветер же больно хлестал тело, проверяя на прочность защитный комбинезон.

Прикрыв глаза, ибо не было больше сил с болью всматриваться в хаос, в сердцах проклинал себя за будущий поступок, но всё же, как и прежде, тёплая рука учителя уверенно легла на плечо Шиутэка, а знакомые старческий взгляд с грустью всматривался в своё «молодое отражение».

— Корабли с сортеками практически достигли Дингира. Крылатые готовы предоставить временное убежище. — сжав плотнее губы в тонкую линию, Шиу небрежно сбросил руку учителя. — Планета пуста, и приманка практически готова.

— Так сделай то, за чем пришёл сюда. — растягивая слова, наставник с ноткой отвращения к окружающей атмосфере продолжил. — Мы ждём их. Пусть безымянные ослепнут и потекут в беспамятстве к Лире.

Старческие усталые глаза в немой просьбе взирали на уже бывшего ученика. Бледные пальцы хранителя времени проникли в грудь наставника и сильнее сжали «сердце», отчего и без того хрупкая сфера треснула и распалась на тысячи песчинок, утекая сквозь пальцы. Теперь оно стало частью пустыни Зорман. Дедушка никогда не сможет переродиться вновь, но его энергия послужит хорошим магнитом для безымянных.

В какой-то момент хранитель и сам хотел присоединиться к бушующей скорби Лиры…

Пески пустыни поднимались в воздухе всё выше и выше, сливаясь с «живыми» каплями реки времени. Вместе они ненасытно поглощали планету. Лира стала опасна и непригодна для жизни в считанные секунды. Прошлое и будущее враждовали на территории настоящего — это поистине прекрасно и страшно одновременно.

Глава 25. Бал Айра

Размашистый рисунок крыльев плавно переполз на спину. Разрастаясь тонкими линиями, он невыносимо чесался, соприкасаясь с тканью платьев. Гости уже прибыли и многие кружились в танце в большой зале, но я не могла к ним выйти. Хорошо хоть по традиции крылатых Маора должна первый раз принимать гостей.

— Что же надеть? — я не ждала ответа, который прозвучал со скрипучим акцентом.

— Приветствую, госпожа, наш хозяин велел передать, что он уже прибыл и ждёт вас в саду. — поклонившись, страж протянул на лезвии каменного меча красноватое и почти невесомое платье. Оно переливалось белыми искорками до самого пола, при этом оставляло спину открытой. Посмотрев снова на замершего крылатого, растерянно надела столь прекрасное творение. Нежная ткань обняла талию, как вторая кожа.

Расправив несуществующие складки на бёдрах холодными ладонями, взволнованно зашла на платформу у окна.

…

В саду весело спорили Тэя и Тибиан. Ревность хоть и проскользнула лёгкой ноткой, но от звуков ударов клинков быстро забылась.

— Ты не понимаешь! И хватит, так громко смеяться надо мной!

— Он молод, богат и холост! — опять удары металла о металл и хохот.

— Генерал, в последние дни вы где-то потеряли свою «тактичность»! — обида сквозила в словах, но Тэя не скрывала наигранности. Она шутила. — А пустынного червя… я утоплю в океанах Дингира!

— Так ты тоже против сортеков? — подобно танцору призрак кружил между острыми лезвиями, готовых вонзится в широкую спину. Тень едва поспевала за хозяином. Она создавала контраст с белой праздничной военной формой с символикой Дингира на спине.

— Я всегда на вашей стороне, разве я могу быть против, — Тэя перевела на меня строгий взгляд и слегка согнулась в поклоне.

— Приветствую, Айра. — Тибиан не заметил меня, сражаясь сразу с несколькими каменными воинами. Мягкий ночной свет ласкал каждый взмах клинка, острые перья вились у его ног, помогая скользить между нападающих.

— Приветствую, — ответила ей взаимностью наблюдая, как сконцентрированный на бое Тибиан резко остановился, а вместе с ним и войны, как заскрипели под его ногами мелкие камешки, а тяжёлый взгляд становится горячим.

— Это платье…

— Пожалуй, оставлю вас, устала я двигать увесистые камни. — кошачьей походкой она поспешно скрылась за парадной дверью.

Глубоко вздохнув, генерал лишь на секунду посмотрел на звёздное небо.

Живой камень, словно ожидая мимолётной слабости хозяина, резко развернулся ко мне лицом, замахиваясь массивным клинком для удара, но его не последовало. Он так же внезапно замер, как и я.

Резко оттолкнув в сторону война, любимый вжал меня в стену. Генерал нависал горою, закрывая от всего мира. Разделявшие жалкие сантиметры, дразнили. Стук его громко бьющегося осколка оглушал. Дыхание сбилось. Хотелось обнять любимого и никогда не отпускать.

— По традициям Дигира, это платье для обряда. — властный голос с хрипотцой будоражил кровь, моё невнятное «ммм», ещё больше подлило масла в огонь.

Удар всё-таки последовал, но не война. Кулак Тибиана врезался в стену на уровне головы, привёл в чувства. Мелкая крошка осыпалась, а в том месте исчезло часть рисунка и появилась приличная вмятина.

— Платье в комнате дал воин. — разочарование еле видимой тенью пробежало по лицу генерала.