Тем не менее, предложения судьи Линдси шокировали всех людей среднего возраста и большинство газет по всей Америке, вдоль и вширь. Писали, что он покусился на святость дома как институции; что мириться с браками, целью которых не является немедленное деторождение, означает потворствовать легализованной похоти; что судья чрезмерно преувеличивает распространенность внебрачных сексуальных отношений, клевещет на американских женщин, и что большинство деловых людей охотно хранит девственность до тридцати и даже тридцати пяти лет. В общем, сказано и написано было много, и мне кажется, что среди тех, кто говорил и писал, были люди, верившие в свои слова. Я выслушал множество нападок на судью Линдси, но у меня сложилось впечатление, что все приведенные доводы можно свести к двум главным. Во-первых, предложения судьи Линдси не одобрил бы Иисус Христос; во-вторых, эти идеи не получили бы одобрения даже у тех людей, кого можно назвать популярными кумирами наших дней. Второй из этих доводов выглядит более весомым и даже обоснованным, а вот первый – сугубо гипотетический и его никак нельзя доказать. При этом никто так и не потрудился разъяснить общественности, каким образом идеи Линдси ущемляют человеческое счастье. С этой позиции представители традиционной морали предложение Линдси даже не рассматривали.

Со своей стороны, будучи целиком убежден в том, что товарищеский брак окажется шагом в правильном направлении и принесет много пользы, я считаю, что это, по большому счету, лишь полумера. Мне представляется, что все сексуальные отношения, не подразумевающие обзаведения детьми, должны рассматриваться как чисто личное дело, что если мужчина и женщина решили жить вместе, не заводя детей, никто не вправе навязывать им иное мнение. На мой взгляд, крайне нежелательно, чтобы мужчина или женщина, вступая в брак с целью деторождения, не имели предшествующего сексуального опыта. Немалое количество свидетельств говорит нам о том, что первый опыт секса должен быть с человеком, уже обладающим таким опытом. Половой контакт не является для людей инстинктивным; по-видимому, он перестал быть таковым, когда мы отказались познавать друг друга исключительно a tergo[84]. Помимо прочего, кажется абсурдным требовать от людей вступления в пожизненные отношения без каких-либо предварительных представлений о сексуальной совместимости. Это не менее абсурдно, чем запрещать человеку, покупающему дом, осматривать помещения, пока он не оплатит покупку. Вообще, если мы признаем биологическую функцию брака, логичным было бы введение следующей законодательной поправки: считать брак законным только с наступлением беременности. В настоящее время брак, избавленный от сексуальных контактов, невозможен, но ведь именно дети, а вовсе не эти контакты, являются истинной целью брака, а потому брак нельзя считать состоявшимся до появления детей (или до беременности). Эта точка зрения опирается, по крайней мере, частично, на то разделение между зачатием и сексом для удовольствия, которое оформилось благодаря противозачаточным средствам. Контрацепция изменила отношение к сексу и браку и сделала насущными различия, которые раньше игнорировались. Люди могут сходиться только для секса, как при обращении к проституткам, или для товарищества с сексуальным элементом, что предполагают идеи судьи Линдси, или, наконец, ради создания семьи. Эти подходы принципиально различны, и никакая общая, единая для всех мораль не может быть адекватной в современных обстоятельствах.

Глава 13. Семья в наши дни