Читаем Божье око полностью

Он никогда еще ее такой не видел. Глаза у нее были широко раскрыты, вокруг радужек показались белки. Передние ноги вылезли из-под одеял, выпущенные когти глубоко вонзились в пластик пола. Из пасти свисала слюна.

Он встал, пошел к ней, и тут шипение превратилось в голос, и голос заговорил:

- Она мне нужна. Слышишь, человек, она нужна мне, и я ее возьму. - Ее, Болтунью.

- Как вы вышли на мой компьютер? Зачем вы ко мне лезете?

Дурацкие слова, но зато удалось стряхнуть с себя плен кошмара.

- Мое имя - Тайнз. - Хамид сразу вспомнил когти на эмблеме «Равна и Тайнз». Ничего себе. - Мы сделали щедрое предложение. Мы были терпеливы. Наше терпение кончилось. Я возьму ее. Если это означает смерть всех вас, м-мясной скотины, то так и будет. Но я ее возьму.

.. Шипение почти исчезло, но голос звучал как из дешевого синтезатора. Построение фраз и акцент были как у Равны. Либо это то же лицо, либо они изучали английский по одному источнику. Но Равна казалась сердитой, а этот Тайнз - просто маньяком. Если не считать легкого заикания на слове «мясной», голос звучал неумолимо. И теперь ясно, зачем Внешникам понадобилась его зверушка. В голосе был голод, жажда крови или насилия.

Гнев Хамида переборол страх.

- А ты сам себя трахни, космическое чудище! У нас есть защита, а то ты не стал бы блефовать.;.

- Блефовать?! Блефвовдвово…

Голос захлебнулся собственной злостью. За спиной вскрикнула Болтунья. ШуМ стих.

- Я не блефую. Хусейну Томпсону уже пришлось узнать, что бывает с теми, кто становится мне на дороге. Ты погибнешь со всем своим народом, если мне ее не доставят. Возле твоего… дома стоит наземная машина. Отъезжай На ней на пятьдесят километров, иначе узнаешь то, что узнал Хусейн Томпсон, - что я никогда не блефую.

И голос мистера Тайнза стих.

Но это наверняка был блеф! Если у Тайнза есть на это силы, почему не смахнуть с неба Туристов и Не забрать Болтунью? А он еще так глупо действует. Чуть поумнее соврать неделю назад, и получил бы что хотел без крика. Такое впечатление, что они представить себе не могут, будто кто-то их ослушается - или их приперло до потери рассудка.

Хамид повернулся к Болтунье, потянулся погладить ее по шее. Иглы зубов клацнули на рукаве его пижамы.

- Болтунья!

Она выпустила рукав и забилась в кучу одеял, чуть посвистывая, как в тот раз, когда ее сбил трехколесный пикап. Отец Хамида тогда предположил, что это ее естественные звуки, вроде как всхлипывания или стук зубов у человека. Хамид опустился на колени, бормоча что-то успокаивающее. На этот раз она позволила погладить себя по шее. Хамид увидел, что она обмочила свое ложе. Болтунья в детстве перестала это делать примерно одновременно с ним. Блеф это был или нет, но ее напугали донельзя. Тайнз утверждал, что может убить всех. Хамид вспомнил ансибль, этот проклятый телефон, от которого меркнет солнце.

Блеф или безумие?

Он подобрался к компьютеру и набрал номер директора Тура, моля всех богов, чтобы моллюск ночью принимал не только почту. Звонок прозвенел дважды, и Хамиду открылась панорама верхушек облаков и голубого неба. Похоже было на вид Средней Америки сверху, только облака тянулись бесконечно, пропадая в дымке. Это был снимок с десятого уровня над Лотлримаром. Ясно, что слизняк выбрал его для успокоения звонящих абонентов-людей, а также из верности натуре, своего родного мира - субъюпитерианского типа планеты тридцати тысяч километров в поперечнике.

Пять секунд парения над каньонами облаков. Проснись, черт бы тебя побрал!

Картинка растаяла, и перед Хамидом предстал человек - Ларри Фудзияма! И Лентяй Ларри совсем не удивился.

- Ты не ошибся номером, мальчик. Я тут с нашим Улиткиным. События развиваются.

Хамид раскрыл рот, пытаясь что-то ответить, а Ларри продолжал:

- - Примерно в полночь к Улиткину заявились «Равна и Тайнз». Угрозы и обещания, в основном угрозы, когда это создание, Тайнз, занял коммуникатор… Мне очень жаль, что так вышло с твоим отцом, Хамид. Нам надо было предусмотреть…

- Что?!

- А ты не из-за этого звонишь? Это было в новостях. Вот тут…

Изображение сменилось фрагментом новостей, снятым с вертолета над полями Восточного Мичигана. Хамид в ту же секунду узнал холмы. Это было возле участка Томпсона, две тысячи километров от Маркетта. Время было после восхода. Камера показала знакомый ручей, ведущий тарахтел насчет того, как «Онлайн ньюз» оказалась на месте раньше всех спасательных групп. Вертолет плыл над гребнями холмов… но где же деревья? Внизу тысячами черных линий лежали стволы сваленных деревьев, указывая точно внутрь, на центр взрыва. Диктор тараторил насчет метеорита, и как удачно, что эпицентр оказался в озерной долине и пострадала только одна ферма. У Хамида пересохло во рту. Эта ферма… ферма Хусейна Томпсона. Там он поселился, когда мама от него ушла. Сам эпицентр был застлан поднимающимся паром - все, что осталось от озера. Репортер заверил зрителей, что кратер поглотил все строения фермы. Клип кончился.