Читаем Божье око полностью

- Может быть. - Но Дефо в этом сомневался. - Это еще одна странность в обстоятельствах катастрофы.

- А другие? - Сложив крылья, Элленора села напротив него.

- Во-первых, никакой катастрофы не было. Полужесткий приземлился целым и невредимым, а потом сгорел уже на земле. Во-вторых, Лила умела стрелять?

- Я сама учила ее! - В ее голосе прозвучала гордость. На поясе у нее висел такой же безоткатный пистолет.

- Так я и полагал. - Дефо вспомнил, как спокойно и уверенно держалась Лила - совсем как ее мать. - Однако на траве нет следов крови. Трудно поверить, что ни один выстрел не попал в цель.

Элленора угрюмо кивнула.

Поднявшись с земли, Дефо протянул ей камеру и смахнул песчинки с колен. Мягкая почва была илистой на ощупь.

- Вы можете ездить верхом на неоседланной лошади? Элленора не стояла первой в списке тех, кого он хотел

бы видеть своим попутчиком, не была она в нем и пятидесятой; однако не надо забывать, что находишься на Славе.

- Я занималась этим, когда вас еще не было на свете. Выбрав лошадь, она сделала из петли поводья, и они

тронулись в путь.

Растительность становилась все более чахлой. Тут и там между клочками высохшей травы белели полоски песка. Путники встретили еще одного мертвого бизона, над которым кружились стервятники. На этот раз туша была почти целой: столько не осилят и гиены.

- Что вы думаете по поводу этого? - натянув поводья, спросил Дефо.

- Единичные случаи, - отмахнулась от зловещей картины Элленора. - Мы заметили это с орбиты. Именно это расследовала группа Лилы.

Дефо покачал головой.

- Я заметил признаки засухи, когда мы пролетали над Лазурью. Кроме того, трава на пастбищах съедена вчистую. Лошадям Гелио не терпелось пробраться за изгородь.

- Это говорит простой пилот или же вы по совместительству еще и ксеноэколог?

- Не нужно быть ксеноэкологом, чтобы понять, что произошло. Уровень воды понижается. Взгляните сами, почва степи засаливается. На место бизонов приходят газели и антилопы.

Элленора не желала признавать, что с Лазурью происходят какие-то неприятности.

- Состояние моря стабильное.

- Стабильное? - напомнил Дефо о том, что программа окультуривания планеты еще продолжается. - Разве Лазурь Не должна расширяться?

- Это временное уменьшение количества осадков, - не сдавалась она. - Наступит сезон дождей, и все проблемы будут решены.

Дефо происходящее не казалось таким простым. Даже в нескольких километрах от Лазури он все еще ощущал в воздухе запах соли. Да и тач-дахи вряд ли отнесутся к этим «временным явлениям» так спокойно - им же жить здесь. И они не из тех, кто забывает и прощает. Каждый, кому довелось вытерпеть двухдневный пост Имен, знал, что у тальцев чертовски хорошая память.

Время от времени Элленора удалялась в сторону, делая круг в поисках воды. Перед самыми сумерками она нашла пересохшее русло, извивающееся в песках. Спешившись, Дефо набросился на влажный песок с киркой. Через час была вырыта небольшая ямка, наполнившаяся солоноватой водой. Напоив лошадей, Дефо наполнил свою флягу.

Элленора, спустившись на землю, указала на приближающегося всадника.

Дефо кивнул. Сумерки - это именно то время, когда следует ожидать гостей. Собрав сухую траву и ветки, он сложил костер, а затем, достав нагревательную капсулу - размером с таблетку для приема внутрь, - разломил ее и бросил в костер. Древесина вспыхнула ярким пламенем, источая резкий запах.

Всадник осторожно приближался к лагерю со стороны красно-оранжевого диска Дельты Эридана. Это был Виллунгха верхом на гигантском самце-моропусе. Пусть у тальцев нет средств наблюдения с воздуха и космической разведки - немногое из того, что происходит на землях тач-дахов, ускользает от внимания Виллунгхи.

Хотя и говорили, что он полукровка или даже гомо сапиенс, предводитель тач-дахов был чистокровным неандертальцем - о чем свидетельствовали массивные надбровные дуги, выпирающие вперед зубы и скошенный назад подбородок. Огромная голова Виллунгхи покоилась на широченных плечах, гигантские ручищи, пальцы, способные задушить голодного тигра (непременное развлечение на праздниках тач-дахов). Громадное бедро обезображено старым шрамом - Виллунгху поднял на рога раненый бизон, пронзив ему бедро. Повиснув вниз головой, талец обхватил шею разъяренного животного и, достав из ножен нож, спокойно перерезал бизону горло. Сидел Виллунгха верхом на древнем дальнем родиче лошади и носорога, который по замыслу АИР был выведен для того, чтобы обгладывать молодые деревья и кустарник, а затем, переварив растительную массу, возвращать ее назад в почву. В АИР вряд ли могли себе представить, что на моропусе можно ездить верхом.

Вождь проворчал слова приветствия.

Дефо даже не пытался ответить ему. Вместо этого он, распутав лошадей, торжественно положил поводья кобылы-вожака перед тач-дахом. Себе и Элленоре он оставил лишь двух верховых и одну вьючную лошадь.