Читаем Бородинское поле полностью

- Передай ему привет, я скоро приеду. - И, положив трубку, уже Олегу: - Игорь в отпуск приехал. Сейчас у Галинки. Я должна уйти.

- Вот как! И мне не позвонил.

- Телефон звонил много раз, возможно, он. Но ты не брал трубку.

- А что ж ты не подозвала его к телефону?

- Я боялась, что ты возьмешь трубку, не утерпишь.

- Да, да, конечно. Поезжай, родная. Я тоже буду собираться. Значит, завтра в Подгорск. Я заеду за тобой. Жди меня. Хорошо?

Она кивнула и, нежно поцеловав его, покинула мастерскую. А через четверть часа ушел и Олег.

Варя уже пришла с работы и хлопотала на кухне. Возбужденная, радостная, сообщила о приезде Игоря. Олег скрыл, что ему эта новость уже известна, спросил:

- Где же он?

- Всего часок побыл дома и к Гале побежал. Да, звонил Глеб. Ты ему очень нужен. Просил позвонить.

- Хорошо, - торопливо и возбужденно сказал Олег, досадуя на самого себя за предательское волнение. Всякий раз, возвращаясь домой после свидания с Валей, он имел растерянный и виноватый вид, сам это чувствовал и понимал, но никак не мог совладать с собой. Ему казалось, что Варя все знает, только виду не подает, принимает это как неизбежное и щадит прежде всего себя. Ни к чему лишний скандал. Сейчас его возбужденность можно было объяснить приездом сына.

Игорь Остапов, отслужив срочную службу, вопреки желанию родителей, поступил в военное училище. И вот он - курсант.

Олег не замедлил позвонить Глебу Трофимовичу. Отставной генерал ушел в общественную работу и имел свободного времени ничуть не больше, чем когда руководил кафедрой и преподавал в военной академии. В новую свою роль он вошел с большим удовольствием, нашел ее интересной, общественно полезной и ответственной. Телефонному звонку Олега обрадовался и пробасил в трубку:

- Нужны совет и консультация авторитетного зодчего, каковым я тебя считаю.

- Готов к услугам, - в тон ответил Олег.

- Нам нужно встретиться на Красной площади, желательно чем скорее, тем лучше.

- Немедленно?

- Если возможно.

- И надолго?

- В пределах часа. Постараюсь не злоупотреблять твоим временем.

- Тогда я еду.

Они встретились на Красной площади, у парадного - закрытого входа в ГУМ. Был предвечерний час середины августа. В лучах заходящего солнца ослепительно сверкало золото кремлевских башен и церковных куполов. За игрушечно-нарядным Покровским собором белоснежным лебедем плыло здание гостиницы "Россия", и в окнах ее задорно и ярко играло солнце. У Мавзолея Ленина под мелодичный бой курантов сменялся караул. Над зеленым куполом Кремля на фоне небесной синевы в державном спокойствии ярко алел Государственный флаг. По гладко отполированной подошвами брусчатке неторопливо прогуливались толпы людей, заполнившие огромную и торжественно-величавую площадь, главную площадь страны.

Поджидая Олега, Глеб Трофимович рассматривал Кремль, возвышающуюся над ним колокольню Ивана Великого, площадь, заполненную людьми, словом, весь ансамбль центра столицы, и в душе его зарождалось что-то высокое и горделивое. И это не первый раз - всегда так. Он вспомнил, как осенью сорок первого, после выхода из госпиталя и перед отъездом на фронт, приходил на Красную площадь с сыном Святославом. Как давно это было! Теперь генерал-майор Святослав Глебович Макаров где-то охраняет мирный труд Отечества. Пишет редко.

Олег появился неожиданно со стороны улицы Куйбышева, а Глеб ожидал его со стороны улицы 25 Октября. Протянул Глебу руку, шутливо сказал, переводя дыхание от быстрой ходьбы:

- Слушаю, товарищ генерал. Давно ждешь?

И Глеб коротко изложил существо дела. В президиум Общества по охране памятников поступил тревожный сигнал. Якобы есть проект реконструкции центра столицы, начиная от ГУМа и до площади Дзержинского, и якобы по этому проекту все здания, расположенные между улицами 25 Октября и Куйбышева, подлежат сносу. Выслушав Глеба Трофимовича, Олег сказал: