Читаем Боря, выйди с моря полностью

— Даже не знаю, что теперь делать, — растерянно продолжала она. — Регина уже большая и нас не удерживает. Обидно, конечно, что я была такой дурой.

— Разводиться незачем, — опасаясь огласки, произнес Ося, тем более, что это никак не входило в его планы. — Многие семьи так живут и находят утешение па стороне. Думаешь, я Мусю люблю? Она хорошая хозяйка, я не спорю, но между нами давно уже ничего нет. И я не огорчусь, узнать, что у нее кто-то есть, — он положил ей руку па запястье. — Это французский брак. Внешне все прилично, но каждый живет своей жизнью. Приезжай ко мне в субботу на дачу, — неожиданно предложил он, — погуляем у моря…

Шелла удивленно посмотрела на пего, но ничего не сказала.

— Я показал тебе письмо не для того, чтобы разрушать твою семью, — окрыленный ее молчанием продолжил Ося. — Ты в прекрасном возрасте бальзаковской женщины и еще можешь жить и жить. И сполна радоваться жизни. Так что, договорились? — он слегка сжал ей запястье.

— Шелла, ты идешь домой? — в самый решающий момент для начала штурма прервала их разговор дотоле тихо сидевшая в углу, уткнувшись в какие-то бумаги, женщина. Она встала из-за стола и подошла к Шелле: — Или ты остаешься сегодня за сторожа с этим молодым человеком? — Ося одобрительно улыбнулся ее шутке, но Шелла начала быстро собираться.

— Сейчас, Люда, подожди, я уже иду. Спасибо, что зашел, — обратилась она к Осе. — Я подумаю, что делать.

Они вышли втроем на улицу. Люду, оказывается, поджидал в машине муж и, нетерпеливо распахнув дверь, пригласил Шеллу на заднее сиденье.

Ося остался недоволен неопределенно завершившимся разговором и, прощаясь у машины, на всякий случай произнес:

— Пусть это будет между нами. О'кей?

Обычно Людин муж подвозил Шеллу к дому, но на этот раз она попросила его изменить маршрут и поехала к Наташе.

Та очень обрадовалась гостье и тут же поделилась радостью: две недели назад из Новосибирска пришла телеграмма: Вовка поступил в НЭТИ на физтех.

— За это надо выпить, — предложила Шелла.

— Конечно, — поддержала ее Наташа, вынимая из буфета бутылку вина. — Прошлогоднее. Еще Женька ставил.

Шелла тяжело вздохнула, размышляя, поделиться или нет…

Она просидела у Наташи до одиннадцати, так ничего и не рассказав, и домой попала лишь в двенадцатом часу.

— Что произошло?! Ты нe могла позвонить?! — возмущенно набросился на нее Изя.

Шелла ничего не ответила. Сняла обувь. Повесила сумку. И только тогда выдала, нахально глядя ему в глаза:

— Я только что переспала с Осей, — и пошла в комнату.

Изя поперхнулся и молча бросился за ней.

. — Ты что?! Ты понимаешь, что говоришь?! — проглотив несколько раз воздух, смог наконец заорать он.

— То, что слышишь! — спокойно ответила она. Выпитое вино придало ей смелости, и она продолжила: — Причем… с ним я уже три месяца.

Изя растерянно сел в кресло, а она окончательно добила его:

— Сегодня я была у гинеколога. Я жду от него ребенка.

Изя сидел бледнее белой ночи.

— Шелла, подумай, что ты делаешь, — жалобно произнес он. — У нас взрослая дочь.

— Я давно мечтала подарить eй братика. Ты же не оказался способен на это, — она нахально посмотрела ему в глаза, и он, смущенно отводя взгляд, вновь попытался образумить ее.

— Шелла…

— Извини, я устала и хочу спать. Я иду к Регине.

— Шелла…

— Завтра поговорим. Я хочу спать, — закрывая перед его носом дверь Регининой комнаты, произнесла Шелла, оставив Изю в трауре ночи.

Торо, торо, торо — это бык. Дик и беспощаден, как пантера. Быть он безнаказанным привык. Но его торирует тореро, — справедливо заметил один из свидетелей корриды. Зрелище это не для слабонервных, особенно если тореадор — женщина и быков не одни, а два. Но в любом случае из корриды и вендетты я выбираю первое. Меньше крови…

Не дожидаясь наступления утра, Изя схватил такси и помчался на мамину квартиру.

— Подонок, — заорал он на с трудом проснувшегося Осю и, схватив его за горло, стал душить у вешалки, добавляя ударами ног. — Подонок!

— Что такое?! — выскочила в одной сорочке и коридор Муся. — Немедленно прекратите! — она вцепилась в Изины руки, пытаясь разжать их. — Милиция:

»Сорочка затрещала, за что-то зацепившись, и стала медленно сползать, обнажая полногрудые прелести Осиной жены. Вид их слегка отрезвил тореро, и, отпустив Осю, дав Мусе возможность удержать на себе порванную сорочку, он, обращаясь к ней, возбужденно выпалил:

— Этот подонок спит с моей женой: Она ждет от него ребенка! Только что она сама мне в этом призналась!

— Подожди, — поняв наконец, что произошло, промямлил Ося. — Это недоразумение. Дай я тебе все объясню.

И он сбивчиво рассказал о полученном из Измаила письме, которое пришло вскрытым, о том, что прочел его и для Изиного же блага передал Шелле. Только и всего. Остальное она придумал,…

— Чтоб сегодня же тебя здесь не было, — выслушан его, устало произнес Изя. — Сделай так, чтобы я о тебе больше не слышал. Ты биологическое говно, — и обращаясь к Мусе: — Ключи привези мне на работу, — после чего хлопнул дверью и пошел домой пешком по ночному городу, с дикой головной болью, измученный и разбитый…