Сейчас, чтобы объехать все эти бурно разросшиеся службы, дня не хватит. Либо выросли новенькие здания, либо с евро шиком отреставрированы старые. Обнесены китайскими стенами с видеокамерами по периметру, с КПП на входе. Охраняют себя – то ли от граждан, то ли от террористов. Хотя террористы как-то больше граждан предпочитают взрывать, а не особняки с табличками.

Это при том, что город уменьшился, съёжился, усох почти на четверть. Тихо умерли десятки заводов и фабрик. А значит, молодёжи негде работать и нечем себя занять. А жить хочется красиво, как в телевизоре, с тёлками, дармовым баблосом и пиф-пафами – и молодые идут на преступления. А раз преступают закон – их нужно ловить (полиция). Собирать улики (следователи). Доказывать вину (прокуроры). Защищать (адвокаты). Судить (суд). Ну и сажать, естественно (ФСИН). А после нянчиться, сюсюкать, реабилитировать, поддерживать (благотворительные фонды). Выдавать пособия (чиновники). Строить социальные квартиры (строительный бизнес). Бесплатно распределять продуктовые карточки (специально придумают под это структуру).

И каждый при своём деле. Вот только страна хиреет.

ВОРОНЬЯ СЛОБОДКА В КАРИБСКОМ МОРЕ

Ну- с, бразильскими – мексиканскими сериалами мы переболели. Тяжело болели, долго, лет десять-пятнадцать. Расцвела эпоха телевизионных игр и шоу. В них участвуют люди с улицы: обычные, ничем не отличающиеся от нас с вами, наших соседей, друзей и сослуживцев.

Оказывается, наблюдать за самими собой безумно интересно. Гораздо интереснее, нежели за актёрами, играющими заученные роли.

Вот они, какие есть в жизни: молодые и старые, симпатичные и не очень, худые и толстые, лысые и волосатые, мрачные и добродушные, умные и так себе, тщеславные и равнодушные, жадные и…

Хотя азарт и деньги любим мы все. Потому бросаем работу, семью и съезжаемся в Москву со всех уголков страны.

И когда выясняется, что приехали напрасно, и денег и славы нам не видать, страшно обижаемся. И, не пройдя в финал, перед камерой на всю страну откровенно делимся впечатлением об обошедших нас игроках.

О женщинах, что они старые халды, стервы и крысы. О мужчинах – что они мудаки, безмозглые трусы и тупицы Поучительные, полезные передачи, очень советую.

Эту игру на выживание я стала смотреть не сразу. Просто у подружки на дне рождения в субботу ровно в 21.00 гости взглянули на часы и дружно прильнули к экрану телевизора. Признаться, с некоторой завистью я прислушивалась к их таинственным репликам:

– Сегодня будут сундуки с морского дна поднимать, тяжеленные, в анонсе показывали.

– Только бы не съели мою Наташу.

– А скорпион у него прямо по плечу ползёт, представляешь…

– Анечка даже заплакала, когда эту жирную личинку ела…

Наконец-то! Наконец, увижу стоящее: борьбу человека с человеком и с природой за выживание. Из шести тысяч претендентов избраны шестнадцать счастливчиков, самых- самых.

Их ждёт экзотика: плеск тёплых лазурных волн, скользящие в них гибкие загорелые тела, буйная тропическая зелень. Просвечивающие, преломлённые хрустальной толщей воды коралловые рифы. Муссоны, утомлённое солнце, волосатые кокосовые орехи. Ковыляющие по золотому песку крабы с выпученными глазами на стебельках…

И вот в этом райском местечке идёт жестокий естественный отбор. Шестнадцать Робинзонов Крузо заброшены на необитаемые острова в Карибском море, в прямом смысле, на подножный корм.

Вместо хлеба – плоды хлебного дерева, вместо мяса – бананы. На островах нет часов и барометра.

А побеждает самый сильный, самый выносливый, самый мудрый и смекалистый. Самый-самый. И награда соответственная: десять миллионов рублей. Это тебе не покинуть душную тесную студию, сжимая в потном кулаке сто рублей…

И были и есть море, и пальмы, и горячий песок, и кокосовое молоко. И мелькают на экране весьма кстати кадры с представителями местной фауны: леопард, кайман, попугай, колибри…

Тем не менее, всё перебивает, заглушает, поглощает нечто до боли наше, знакомое, привычное. Коммунальная кухня.

Я подозрительно кручу носом. На прекрасные Карибские острова проник крепкий чад Вороньей слободки. Вонь керосинок и ржавой рыбы.

Бушуют кухонные страсти. Создаются тайные союзы и коалиции по типу «против кого дружить будем». Копятся обиды, портятся нервы, живут шепотки по углам. Шепотки время от времени перерастают в кухонные скандалы.

Как во всяких кухонных страстях, имеются свои заводилы и вероломные перебежчики в стан врага, и сохраняющие нейтралитет молчуны. Кстати, покладистые молчуны повылетали первыми. Ведущий игр на выживание подытожил:

– Первыми съедают тех, кто никого не трогает. («Изблюю тёплых»).

Ну, кого бы слопали дикари в естественных условиях: Бориса, наловившего целую сетку крабов – или Аню с Надеждой, этих крабов с сюсюканьем выпустивших?

Понятно, что съели бы чересчур жалостливых дамочек. Ещё перед употреблением внутрь хорошенько бы поколотили. Отбивную котлету сделали.

А здесь вот «съели» ловкого Бориса.